— Помнишь, как мы с тобой впервые поругались? Как разошлись? Ты сказал, что тебя пугает моя молодость, а я ответила, что боюсь за свои профессиональные качества, если останусь с тобой... Я столько лет билась за свое место под солнцем! И вот я добилась своего, отодвинув любовь на второй план.
— И что теперь для тебя важнее? — осведомился Сезар. — Что будет, когда ты вернешься?
— Не знаю, — проронила Лусия.
Перед отъездом Энрики решил поговорить с детьми.
Вилма как с цепи сорвалась. Все время провоцировала обитателей дома на ссоры. Цепляется к Марте за то, что она уделяет много времени Гиминью. Бросается на Селести, которой только огромная выдержка не позволяет вспылить и налететь на Вилму с ответными оскорблениями. Пристает к Александру с требованиями, чтобы он повлиял на брата. Но Энрики уже не был расположен прислушиваться к чьему-либо мнению. Дети чувствовали напряженную атмосферу в доме и все время приставали к отцу с вопросом: «Папа, вы поссорились с мамой?»
Пока Вилма очередной раз названивала в Рио-де-Жанейро своей матери, чтобы пожаловаться на мужа, Энрики позвал детей в кабинет и сказал им, что они с мамой, скорее всего, разведутся. На глазах у младшей, Тиффани, выступили слезы.
— Папа, вы что — больше не будете с мамой видеться?
— Нет, видеться мы будем. Просто не будем мужем и женой. Не будем жить вместе. У каждого будет свой дом. Но для вас все останется по-прежнему: мама так и дальше будет вашей мамой, а я папой. Это никогда не изменится, понимаете?
— Понимаем, — взрослым голосом сказал Жуниор, — вы просто разводитесь.
Его понимание самой сути дела удивило Энрики.
— Да. А откуда ты знаешь про развод?
— У моего друга в школе тоже родители развелись, — объяснил Жуниор. – Когда он вместе с папой, ему нельзя быть вместе с мамой, и наоборот, потому что его родители тут же начинают ругаться.
— Нет, я так не хочу! Не хочу! — выкрикнула Тиффани.
Энрики посадил девочку к се6е на колени и прижался к ее пушистой головке.
— Нет, у нас так не будет. Мы разведемся и тогда перестанем ругаться.
— Папа, а мама разве тебя обидела? — спросил Жуниор.
— Нет, не обидела. Но мы давно потеряли общий язык. И перестали любить друг друга.
Тиффани горько вздохнула:
— Я не понимаю, как же так получилось?
Энрики снял ее с колен и стал объяснять, подкрепляя свои объяснения жестами:
— А вот так. Сначала любовь была вот такой — большой, как дом! Мы в нем и жили. Но потом, я не знаю почему, дом рухнул, и остались одни обломки...
Дети захлопали глазами. Они мало что поняли из слов отца.
— Папа, я не хочу, чтобы вы разводились, — всхлипнула Тиффани. — И где мы потом будем жить?
— Этого мы пока не решили. Поговорим еще и вместе подумаем.
— Я не хочу жить у бабушки Жозефы в Рио! — предупредил Жуниор.
— Я тоже, — подхватила Тиффани.
— Тогда вы не поедете к бабушке Жозефе. Что-нибудь придумаем. И я хочу, чтобы вы оба нам с мамой помогли в этом. Папа, мама и вы – вместе. Нам надо собрать обломки.
...Увы, поездка, на которую так сильно рассчитывали и Энрики, и Сезар, и Лусия, не увенчалась успехом. Из Нью-Йорка Энрики вернулся подавленным. Они с Лусией первым делом отправились к Сезару, который с нетерпением ожидал их.
— Энрики, ну что там с деньгами? — с порога спросил он сына.
Энрики печально вздохнул:
— Деньги исчезли. Мы никогда не вернем их. Так что рассчитывать на них не стоит.
— Не может быть! — воскликнул Сезар.
— Меня обманули по всем правилам. Банк сделал все, что мог. Я не могу обмануть своих американских партнеров.
Мм все попались в ловушку.
Лицо Сезара выразило отчаяние. Положение было по-настоящему безысходным.
— Энрики — не единственный бизнесмен из Южной Америки, — заговорила Лусия, — кого так хитро провели.
Мои знакомые адвокаты делали все, чтобы понять, как это произошло. Какой-то человек, так и оставшийся неизвестным, снял все деньги со счета Энрики.
Сезар стукнул кулаком по столу.
— Но до этого «неизвестного» как-то можно добраться?
— Это очень хитрый мошенник, и афера была продумана до тонкостей, — объяснила Лусия. — Энрики сделал все, что мог.
— Папа, если бы ты знал, как мне неприятно, — робко вставил Энрики. – Но не знаю, что можно предпринять…
— Ах, тебе неприятно? А ты подумал, что эти деньги были моим основным фондом? Как теперь расплачиваться по нашим обязательствам?! Ты повел себя как мальчишка! Я всегда говорил, что ты работаешь слишком рискованно!.. — гремел Сезар.
— Папа, я еще верну эти деньги!
— Как? Каким образом? Торговый центр разрушен, деньги украдены!.. Что нам всем теперь делать?
На этот вопрос ни у кого из присутствующих, конечно, не было вразумительного ответа.
Сначала Александр, когда узнал о том, что его мать пыталась откупиться от Сандры деньгами, был очень возмущен.
Марта и не думала оправдываться. Она сказала, что только что имела встречу с Клементину, которую устроила ему Клара.
