Пока Хару соображал, что это за мысли бродят в голове верховного маршала Аккалабата, Хетти был уже далеко. Насчет желания расшибить себе голову он не врал. Но желаний у него было много, и реализовывать он намеревался далеко не все.
- Откуда Вы прилетаете, лорд Меери?
Хару смотрит на выпирающие ключицы, на стертые в кровь сухожилия, поднимающие крылья, и ему становится жалко парня. Меери снова наклоняется над колодцем, вытягивает ведро, выливает себе на спину, с наслаждением фыркает под холодными струями.
- Ближайший постоялый двор в восьми часах лета, в долине, — сообщает его спине лорд Хару.
- Тогда зачем спрашивать?
Теперь Меери стоит, опершись руками о край колодца — теми самыми руками, которыми ему запрещено дотрагиваться до Китти. Еще год. Он старается держаться уверенно, но лорд Хару видит, как дрожат от напряжения локти.
- Шестнадцать часов в воздухе, двадцать у нас. Сколько ты надеешься продержаться при четырехчасовом сне, парень? Вообще, при таком образе жизни?
- Это моя жизнь. А у Китти альцедо.
- Все равно все, что ты можешь, — это просто сидеть рядом и подавать Койе щетки. Ты не доверяешь нам? Боишься, что мы позволим вычесать его кому-то другому?
Меери упрямо наклоняет голову.
- Не в этом дело.
- А в чем?
- Я хочу быть рядом.
Лорд Хару поднимает ладони к вискам, трёт. Сегодня ночью он опять застал Койю в библиотеке: она беседовала с портретом Асы. Такое находит на жену нечасто, но именно тогда, когда ей тяжело. Черпает ли она силы в заочной борьбе с матерью Китти или бремя, разделенное на двоих, кажется легче? Хару не знает. Но то, что Меери на крайней стадии измождения, Койя заметила первой. Сегодня с рассветом, вызвав старшую камеристку-итано, она обошла три свободные комнаты в сторожевой башне, предназначенные для редких гостей Умбренского замка. Потом Хару наблюдал, как туда под руководством Койи были отнесены свежие простыни и новые подушки из козьего пуха. Потом раздался стук молотка. На вопросительный взгляд мужа Койя ответила: «Это женская комната. Там некуда вешать мечи». А когда во дворе зазвенела колодезная цепь и раздалась приглушенная ругань — Меери по обыкновению прищемил себе воротом палец — леди Дар-Умбра решительно повернулась к мужу: «Ты или я?» Лорд Хару пожал плечами. «Тогда иди», — глаза жены показали на дверь.
Теперь он стоит перед лордом Меери, трет ладонями виски и не знает, что дальше делать. Самому пригласить дойе своего несовершеннолетнего сына остаться переночевать в замке равносильно сигналу «Мы хотим поскорее». А такого сигнала лорд Хару подавать не хочет.
- Меери! — раздается из распахнутого окна верхнего этажа. — Ты уже прилетел?
Меери моментально забывает про лорда Хару и буквально подлетает к окну.
- Китти, немедленно ляг в постель. Тебе еще рано!
- Да нет же, я хорошо себя чувствую, — протестует Китти и тут же испуганно ойкает. Видать, слишком резко взмахнул крылом и дернулось только проклюнувшееся перышко.
- Ну вот видишь, — по-матерински причитает Меери. — Ну я же тебе говорил. Марш в постель, и немедленно!
- Ладно. А мама тебе комнату приготовила, — торжественно сообщает Китти, отступая в глубину своей спальни.
Волосы у Меери перекинуты через плечи на грудь, и лорду Хару хорошо видно, что шея и спина его заливаются краской. Он, стараясь не поворачиваться к Хару лицом, неловко подбирает мечи, безрукавку, орад, пытается со всем этим скарбом в руках вписаться в низкую дверь башни, служащую входом в замок со стороны хозяйственного двора. Меери приходится сгибаться в три погибели, мечи торчат во все стороны, вдобавок ко всему он роняет кинжал и тот отлетает, звеня по камням, метра на три в сторону. Хару, усмехаясь, любуется ситуацией. Теперь гостю уж точно придется повернуться. Однако Меери, вполголоса поминая всех и всяческих демонов, все-таки протискивается в дверь. Слышно, как он сваливает мечи прямо в узком предбаннике у подножия винтовой лестницы и встряхивает кольчужную безрукавку.
- И этот человек водил нашу армию в поход на Кимназ, — приговаривает лорд Хару, подбирая широкий кинжал и по привычке взвешивая его на ладони. Дар-Кауда умеют делать оружие, Дар- Кауда умеют его выбирать. «Идеальный клинок, вот как я это называю», — бормочет лорд Хару, направляясь за угол, чтобы обогнуть замок и войти с центрального входа. Миссия его не удалась, и показываться на глаза жене он пока не собирается. А Меери может возиться под лестницей со своей амуницией, сколько желает.
