– В свое время вы считали это подкупающей чертой моего характера, леди Кива. – Грени повернулся к капитану. – Несмотря на все законы о беженцах, вы прекрасно знаете, что Край имеет особый статус внутри Взаимозависимости. Многие не могут просто так покинуть его, поскольку оказались на Крае не без причины.
– Нашему главному казначею хорошо известны особенности Края и некоторых его обитателей, – сказал Блиникка. – Мы не берем с планеты тех, кому запрещено ее покидать.
– Вы не станете возражать, если мы тщательно проверим это? – спросил Грени.
– Нет, конечно, – ответил Блиникка. – Не сомневаюсь, что имперское таможенное управление Края предоставит вам всю необходимую информацию.
– Герцог предпочел бы напрямую ознакомиться со списком ваших пассажиров.
– Прошу извинить, милорд, – покачал головой Блиникка, – но по законам Взаимозависимости такие сведения можно запросить лишь у таможенного управления, но не у команды корабля.
– Полагаю, вы могли бы оказать любезность герцогу.
– Ты просишь моего капитана нарушить законы Взаимозависимости? – сказала Кива.
– Интересы герцога и законы Взаимозависимости во многом совпадают.
– О чем я прекрасно знаю, мать твою, благодаря эмбарго, которое герцог наложил на мой груз. Но в данном случае это не так. Верно, капитан?
– Не так, миледи, – подтвердил Блиникка.
– Ну так что? – Кива пристально посмотрела на Грени.
– Раз уж я здесь, я бы хотел осмотреть корабль, – помолчав, сказал тот.
– Тебе что, мать твою, экскурсию устроить? – спросила Кива.
– Если не возражаете.
– Нам больше заняться нечем, кроме как за три дня до отправления потакать твоим капризам?
– Вообще-то, нечем.
– Это тонкий намек на то, что ты хочешь потолковать со мной наедине?
Грени развел руками, словно говоря: «Твоя взяла».
Кивнув, Кива обратилась к Блиникке:
– Отведу его на производственный уровень. Если ты снова потребуешься мне, чтобы ткнуть ему в лицо имперское законодательство, я позвоню.
Блиникка кивнул и вышел.
– Идем, пора с этим кончать, – сказала Кива, знаком велев Грени следовать за ней.
Причальный отсек находился в кормовой части «Да, сэр» – длинной суставчатой иглы, от которой отходили два отдельных кольца, вмещавшие, кроме прочего, гидропонные и производственные модули. Каждое из них вращалось, обеспечивая базовую силу тяжести, равную половине стандартной, а пресс-поля доводили фактическую гравитацию до одного «же». В зависимости от модуля сила тяжести могла меняться для производственных и иных целей.
– Чувствую себя легким, – заметил Грени, когда они вошли в сельскохозяйственный модуль.
– Чепушины лучше всего растут при одной восьмой «же», – кивнула Кива. – И в этих модулях поддерживается именно такая сила тяжести.
– На Крае сила тяжести чуть больше одного «же». Ты собиралась сказать об этом покупателям твоих лицензий?
– Это не значит, что при такой гравитации они не вырастут, – возразила Кива. – Прекрасно вырастут. К тому же они созревали бы на настоящих кустах чепушина, а не на гидропонных установках, как здесь. – Она показала на решетки, плотно утыканные светильниками и плодами, поднимавшимися из питательной среды. – Чего точно хватает на Крае, так это земли. Только теперь это не имеет значения – спасибо долбаному герцогу.
– Если уж быть честным, дом Лагос выпустил на свободу вирус, уничтоживший урожай основных культур.
– Если уж быть честным, можешь катиться в долбаную задницу: мы тут совершенно ни при чем, и ты это прекрасно знаешь.
– Мне тебя недоставало, Кива. Тебя и твоих любимых словечек.
– Сомневаюсь. Но все равно спасибо.
Грени показал на чепушины:
– И что вы будете со всем этим делать?
– Идем в следующий модуль, и ты увидишь.
Следующим был производственный модуль, где для большей эффективности поддерживалась сила тяжести в один и одну десятую «же».
– Вы что, делаете из них сок? – спросил Грени.
– Сок, концентрат, фруктовый джем из остатков и прочее дерьмо, – кивнула Кива. – Девать товар, в общем, некуда – нет смысла конкурировать с нашими посредниками. Мы думали о том, куда пристроить его, но решили не обижать их. На Ядре попробуем продать все это имперскому правительству как излишки. Оно распределит их среди бедных семей в качестве продовольственной помощи, например, а дом Лагос получит налоговый вычет.
– Хочешь сказать, что ваш рейс завершится вполне удачно?
– Возможно. Если имперское правительство не включит это дерьмо в программу продовольственной помощи, нам придется за все отвечать.
– Уверен, бухгалтеры дома Лагос вывернутся и найдут способ списать потери. А если прибавить деньги, которые вы вымогаете у пытающихся бежать с Края, дом может даже оказаться в плюсе.
– Ты говоришь так, будто это плохо.
– Вовсе нет. Чем еще заниматься домам гильдий, как не делать деньги? В этом суть их деятельности. Твоей и моей.
– Собственно, к сути ты пока не перешел, – заметила Кива.
– Суть вот в чем, Кива: герцога беспокоит кое-кто из тех, кого вы, возможно, собираетесь вывезти с планеты.
– Ладно. И что?
– Некоторые из них представляют интерес для герцога – по разным причинам.
– Опять-таки и что?
