– Как я понимаю, этот засранец путешествует по поддельным документам? – обратилась к Пинтону Кива.
– Да, – подтвердил Пинтон. – В нашей ведомости он значится как Тису Гоуко. Учтите, что этой поддельной личностью мы снабдили его сами и поэтому вряд ли можем его в чем-то винить. Но когда он к нам пришел, он представился как торговый посредник дома Сайкс, по имени Фринн Климта.
– А реальный Фринн Климта существует?
– Может быть. Мы не проверяли. Нам казалось, мэм, что вряд ли это будет вас волновать, пока он платит реальными деньгами.
Кива повернулась к Марсу:
– Как на самом деле зовут этого засранца?
– Имя – Чат. Фамилия, кажется, Убдал. Или Уттал. Одно из двух.
– Есть мысли о том, что он тут делает?
– Понятия не имею, – ответил Марс. – Но если он явился к вам, выдавая себя за другого, думаю, это уже повод для подозрений.
– Когда он оплатил перелет? – спросила Кива у Пинтона.
– Незадолго до отправления, одним из последних. Магнут взял с него четверть миллиона сверху как с опоздавшего.
– Значит, уже после того, как тебя похитили? – Кива показала на Марса.
– Да, – кивнул Марс.
– Он не из тех, кто тебя тогда схватил?
– Нет. Я бы точно запомнил.
– Значит, пока он не знает, кто ты такой?
– Не думаю. Вряд ли. Он никак на меня не отреагировал.
– Но если ты избавишься от своей маскировки, узнает?
– Да.
Протянув руку. Кива схватила Марса за волосы и дернула. Тот вскрикнул от неожиданности и боли:
– Эй, перестаньте! Нужен растворитель для клея.
– Где сейчас этот засранец? – спросила Кива у Пинтона.
– В пассажирском кольцевом отсеке, – ответил Пинтон. – Что вы задумали?
– Хочу выяснить, что он замышляет.
– «Да, сэр» выполняет полет, – напомнил Киве Блиникка. – Любые ваши планы требуют моего одобрения. Мне вовсе не хочется, чтобы этот засранец повредил корабль.
– Все будет в полном порядке, – пообещала Кива и снова повернулась к Марсу. – Значит, этот засранец – морпех?
– Да, бывший. Теперь – телохранитель.
– Как по-твоему, ты сумеешь с ним справиться?
– Что? Нет, конечно.
– А засранец об этом знает?
– Угу.
– Что ж, ладно.
Дождавшись, когда Чат отправится на прогулку, они поставили в конце коридора, который пассажир обычно исследовал, двоих сотрудников службы безопасности, сделав вид, будто те просто беседуют друг с другом. Увидев их, Чат решил что-то посмотреть в планшете, а затем направился обратно, но обнаружил там еще двоих безопасников. Он остановился, словно подсчитывая свои шансы; тут в коридор шагнул Марс, уже не прикидываясь Христианом Янсеном, и направился к нему.
– Привет, Чат, – сказал Марс. Больше он ничего сказать не успел – Чат метнулся прямо к нему с ножом в руке, возникшим словно ниоткуда.
Полсекунды спустя он уже лежал на полу, корчась от всаженных в него трех оглушающих зарядов.
– Ну как, не обоссался? – спросила Кива Марса десять секунд спустя, когда был дан отбой. Она и Пинтон ждали чуть дальше по коридору, наблюдая на планшете за картинкой с камеры.
– Ну… может, чуть-чуть, – признался Марс, глядя на поверженного Чата, которого уже упаковывали безопасники.
– Совсем не позорно обоссаться как чертов пожарный кран, если тебя готов прирезать обученный убийца.
– Может, сменим тему? – жалобно попросил Марс.
– Почему бы тебе не взять отгул и не залечь в койку? – предложила Кива. – На твоем месте я бы именно так и поступила.
Марс показал на Чата:
– Что вы собираетесь с ним делать?
– Разговорить его.
– Не выйдет.
– Ты ничего не знаешь про мои методы.
– Его учили не болтать лишнего.
– Убивать его тоже учили – и сам посмотри, как он обделался.
– Мне хотелось бы присутствовать при допросе.
– Нет.
– Но мне…
– Скажу проще, лорд Марс: проваливай на хрен.
– Он едва меня не убил. Думаю, я имею право узнать почему.
– Может, потом расскажу. Но если ты не свалишь сейчас же, я сама тебя прирежу. И даю слово, ребята из безопасности стрелять в меня не станут.
Марс хотел сказать что-то еще, но лишь покачал головой и зашагал прочь.
– Ваше умение работать с людьми просто восхищает, – заметил Пинтон.
– И ты тоже пошел на хрен, – ответила Кива.
Улыбнувшись, Пинтон махнул рукой в сторону упакованного и готового к транспортировке Чата:
– Знаете, а ведь он прав. Этот парень болтать не станет. Их учат противостоять агрессивному допросу.
– Агрессивному допросу?
– Это эвфемизм, которым на имперской службе называют пытки, мэм.
– Ну так и называй их пытками, мать твою.
– Я имею в виду, его учили сопротивляться всему, что только способны сотворить с ним люди.
– Значит, мы покруче людей, – ответила Кива.
– Он приходит в себя, – через некоторое время сказал Пинтон.
– Включи громкоговоритель, – велела Кива. Пинтон нажал на кнопку громкой связи. – Доброе утро, долбаная рожа, – обратилась она к Чату.
– Где я? – спросил Чат, озираясь по сторонам.
– Ты в служебном шлюзе, в выходном скафандре, – ответила Кива. – Вернее, не совсем. Ты ведь заметил, что у тебя нет шлема?
– Заметил, – сказал Чат.
– Вот и хорошо. Значит, уговор такой: ты рассказываешь нам обо всем, о чем мы станем спрашивать, без вранья, и тогда я не вышвырну тебя из шлюза без долбаного шлема.
