– Мэм? – вырвал ее из задумчивости голос Надаше.
– Прошу прощения, – ответила Кардения. – Я размышляла о затруднительном положении, в котором мы оказались.
– Могу я кое-что предложить? – спросила Надаше.
– Можете.
– Ради моего дома и моего брата я готова отказаться от своего места в совете, но только по причине вашего согласия на брак. Предлагаю следующее: пока вы в трауре, проводите больше времени с Амитом. Не только в формальной обстановке, но и тогда, когда у вас будет возможность побыть наедине. Возможно, вы начнете видеть в нем будущего партнера и супруга. А в годовщину вашей коронации скажите ему, согласны ли вы выйти за него замуж. Если да, я подам в отставку из исполнительного комитета. Но если нет – я останусь, и, по крайней мере, Амит и мой дом получат точный ответ. И пообещайте, что в таком случае вы не попытаетесь изгнать меня из комитета. Вас устраивает?
– Пожалуй, – подумав, ответила Кардения.
– Хорошо, – кивнула Надаше. – Тогда у меня есть для вас приглашение от Амита. На ваших верфях только что завершилось строительство последней «десятки» дома Нохамапитан, «Хочешь кричать – кричи». Амит приглашает вас осмотреть корабль вместе с ним.
– Когда?
– Через два дня.
– А когда ваш брат решил меня пригласить?
– Вчера. Он мог послать приглашение напрямую, но знал, что я вас увижу, так как заседаю в комитете.
– Значит, вы ожидали, Надаше, что у нас состоится этот разговор?
– Нет, мэм, – улыбнулась Надаше. – Я не могла даже представить, что дом Лагос станет убеждать другие дома добиваться моей отставки, хотя, узнав об этом, не слишком удивилась. И я не могла знать, что мы с вами сумеем договориться. Нет, мэм, все дело в том, что вы, похоже, в самом деле нравитесь Амиту. И он попросил меня стать посредницей.
– Вы хорошая сестра.
– Вполне обычная, – ответила Надаше. – Ну, то есть я все равно собиралась с вами увидеться. Особых усилий не требовалось.
Обе рассмеялись.
Вскоре Кардения вернулась в свои личные апартаменты.
– Я хочу, чтобы ты держал меня в курсе последних известий по поводу сегодняшнего взрыва, – сказала она Геллу Денгу. – И не только из новостных сводок.
– Конечно, мэм, – ответил Денг.
– И еще: я согласилась через два дня осмотреть новый корабль вместе с Амитом Нохамапитаном. Свяжись с его людьми и обо всем договорись. Отведи на все два часа плюс время на дорогу. Во второй половине дня.
Денг слегка поднял брови, но ничем не выразил удивления, лишь сказал:
– Имперской гвардии потребуется детальный план и предполагаемый путь осмотра.
– Вряд ли он существует. Предполагается, что это неформальное мероприятие.
– Сомневаюсь, что Имперской гвардии это понравится.
– Тогда пусть сообщат людям Нохамапитана, что нужно придумать путь осмотра. Только мне не говорите – хочется сюрприза.
– Да, мэм. Вы также просили сообщить, если будут какие-то новости от графа Клермонта с Края.
– Да?
В первую неделю своего правления Кардения отправила графу письмо, сообщая о смерти Аттавио Шестого и запрашивая последние данные, полученные им. Но для ответа было еще слишком рано.
– Не от самого графа Клермонта, а от его сына, лорда Марса Клермонта. Он только что прибыл на «пятерке» Лагосов и будет на Имперской станции часов через тридцать. Просит вашей аудиенции.
– Его сын?
– Да, мэм.
– Это точно?
– Сообщение закодировано тем же шифром, что и вся корреспонденция графа Клермонта. Оно подлинное.
– С графом что-то случилось?
– В письме ничего не говорится. Назначить ему время или спустить ниже?
При дворе имперо имелось три с лишним десятка протокольных работников, которые встречались с мелкими чиновниками, аппаратчиками и подхалимами. Если один из них желал сообщить достаточно важные сведения, об этом извещали Денга, который решал, заслуживает ли данный вопрос внимания имперо.
– Назначь ему время.
– Могу выделить ему пятнадцать минут перед вашей прогулкой с Амитом Нохамапитаном. Лорду Клермонту вполне хватит времени, чтобы сойти с корабля и добраться на челноке до Сианя.
– Пусть его кто-нибудь встретит. Вероятно, он впервые за пределами Края, и мне не хотелось бы, чтобы он заблудился.
– Да, мэм.
– Есть у меня еще дела до конца дня?
– Лишь несколько мелочей. Все это может подождать.
Кардения кивнула:
– Тогда поговорю с предками. О политических браках.
– Наверняка они знают об этом все, мэм.
– Наверняка, – ответила Кардения и направилась в Зал Памяти.
– У нас две серьезные проблемы, – сказала Кива графине Хьюме Лагос, своей матери и нынешнему матриарху дома Лагос. – И одна намного серьезнее другой.
– Давай начнем с той, что поменьше, – предложила Хьюма.
– Нохамапитаны, мать их растак, – сказала Кива.
Хьюма рассмеялась.
