– Долбаный Нохамапитан, – проговорила Кива, поворачиваясь к Питоф. – Планшет у тебя с собой? – Питоф показала планшет. – Звони своему боссу.
– Что я должна ему сказать?
– Скажи, что я нашла кое-что и теперь я и мой дом полностью чисты.
– Вряд ли его убедит записка самоубийцы, – заметила Питоф.
– Это не просто записка самоубийцы, – сказала Кива.
– В любом случае потребуется время.
– Угу, – кивнула Кива. – Когда закончишь, дай мне свой планшет.
– Зачем?
– Мне нужно позвонить моему капитану и сказать ему, чтобы он больше не искал Брошнинга. А потом я собираюсь позвонить еще кое-кому.
– Кому?
– Тому, кто наверняка сделает так, что мой дом станет чист намного раньше, мать его.
Имперский гвардеец распахнул дверь, и Марс Клермонт вошел в просторное, богато украшенное помещение, где проходило первое утреннее заседание исполнительного комитета. Держа в руке папку, Марс широко раскрытыми глазами разглядывал вычурную обстановку огромного зала, понимая, что, сколько бы он ни пребывал в имперском дворце, вряд ли он когда-либо привыкнет к его нелепой роскоши, казавшейся попросту чрезмерной.
Он подошел к столу, где заседал исполнительный комитет, за исключением имперо, которая все еще выздоравливала после покушения. Женщина во главе стола – архиепископ Корбейн, как сказала ему Грейланд Вторая, – молча окинула его оценивающим взглядом. Поклонившись ей, Марс поискал за столом Надаше Нохамапитан. Он никогда ее раньше не видел, но почти сразу же узнал: моложе всех остальных, она имела немалое фамильное сходство со своим братом Грени. Надаше взглянула на Марса – бесстрастно, как и следовало, ведь она понятия не имела, кто он такой и кого представляет.
– Вы новенький? – спросила архиепископ Корбейн.
– Да, ваша светлость, – кивнул Марс. – Я Марс Клермонт, новый помощник имперо по научным вопросам. Меня наняли только вчера, после моего прибытия с Края.
Слова его привлекли внимание Надаше, но она не подала виду, и если бы Марс не наблюдал за ее реакцией, то ничего бы не заметил.
– Не так уж мало за два дня, – улыбнулась Корбейн.
– Да, ваша светлость. Немало. Даже больше, чем вы думаете.
– Как я понимаю, у вас есть новости о состоянии здоровья имперо? – спросила Корбейн.
– Да. И один вопрос, который имперо попросила меня представить на рассмотрение комитета, если вы не против.
– Конечно.
– Состояние имперо улучшается, – сказал Марс. – Она все еще страдает от последствий обморожения и гипоксии, но, к счастью, охрана – или то, что осталось от охраны, – сумела ее спасти до получения действительно опасных для жизни травм. Ей повезло больше, чем пятерым охранникам, которые погибли, защищая ее, и еще четверым, которые погибли, пытаясь спасти лорда Амита Нохамапитана. – Он кивнул Надаше. – Мои соболезнования, леди Надаше.
– Спасибо, – ответила та.
Марс снова повернулся к Корбейн:
