Бассейн с белыми эмалированными стенками уходил вправо, влево и назад, а впереди виднелся такого же белого цвета балкончик, опоясывающий стены. Решетка доходила до него, и забраться на него труда не составило.
— Ну все, дальше мне оставаться в рабочем виде нельзя, — произнес робот, и вдруг добавил совершенно неожиданно:
— Попрощаемся на всякий случай. Не могу сказать, что вы все тут мне до дрожи нравитесь, но по сравнению со многими другими персонажами и персонажками, которых я повидал — вы вполне приличные люди. Так что в случае чего — не поминайте лихом. А в случае ничего — включить не забудьте.
— Не боись, говорящая голова. Спокойной ночи!
Ану-инэн засунула палец в пустую глазницу, и переключила рычажок внутри черепа робота. На линзу уцелевшего глаза с щелчком опустилась шторка, которую до сих пор удерживал электромагнит. На шторке была мелкая надпись: «Транспортный режим. Мозговая деятельность остановлена».
— Дрыхнет, — констатировала она. — Вот ведь сволочь, какую трогательную речь на прощание загнул, а? Я чуть не прослезилась!
— Уж ты-то прослезишься, — бросила Голди, а У-у завершил разговор, коротко спросив:
— Так что, идем?
Подсказанный роботом путь шел сначала вдоль балкона, а затем пришлось лезть вверх по прибитому скобами к стене пучку кабелей. Это пучок у самого потолка уходил в круглое отверстие технологическо-вентиляционного канала, и дальше надо было двигаться по нему.
Извиваясь червяком, первым по нему полз Андреа, то и дело цепляющийся за крючья, торчащие болты, а то и натыкаясь головой на свисающие сверху застывшие с времен сварки струйки металла. После того, как канал вильнул, наступила кромешная темень, и дальше пришлось ползти на ощупь, что ускорению передвижения не способствовало. То и дело слышащиеся сзади сдавленные ругательства доказывали, что несмотря на свою женственную стройность, девушки тоже получают тот же букет удовольствий, что и Андреа. Как справляется с делом двигающийся сзади У-у, он и думать боялся.
Но вот в очередной раз переставленная рука провалилась в пустоту, и замерев, Андреа прошептал, обернувшись назад:
— Первый технический! Мы под ним! — прошипел он, и лишь потом осторожно свесился вниз, стараясь достать пальцами пол, чтобы понять насколько отверстие высоко расположено. По словам робота — не больше метра, но мало ли что.
Но опасения оказались напрасны, пол действительно был недалеко, и словно вытряхнутый из длинного и узкого мешка, Андреа вывалился из канала. Он остановился чуть передохнуть, и тотчас был вознагражден за лень: сначала ему на голову свалился куль с головою, ударив, словно обернутая ватой дубинка, а потом сверзилась и сама Ану-инэн. Служить батутом для приземления остальных Андреа не пожелал, и отполз в сторону.
— Интересно, как я сейчас выгляжу? Наверное — ужас! — сообщила Голди. Ану на нее цыкнула:
— А ну ша! Вся ерунда — потом.
— Это тебе ерунда, а мне нет!
— Да заткнешься ты наконец? Ты… Бу-бу-бу! — голос Ану вдруг стал глухим и неразборчивым.
— М… М-м-у! — попыталась возмутиться Голди так же глухо и неразборчиво, словно рот ей зажала большая и мохнатая лапа. Представив себе, что произошло, Андреа шепотом одобрил:
— Правильно У-у, молодец. А вы, девчонки, потом разберетесь.
Продолжения возмущений не последовало, и он, вытянув вперед руки осторожно пошел вперед.
По рассказам робота, первый технический этаж изначально служил для прокладки коммуникаций, и частично для улучшения вентиляции второго технического, фактически выполняя роль подвала. И так же, как и любой подвал, его постепенно приспособили для разных, очень нужных, хотя и не предусмотренных проектом дел: сами собой в нем образовались небольшие складики, большие мусорные кучи, парочка мест «неофициального отдыха» и еще бог знает что. Андреа, нащупавшего стойку с кабелями, интересовало только одно: деревянная дверь с врезным замком, реагирующим на отпечаток папиллярных линий ладони. Этот замок должен был быть разрегулированным настолько, чтоб открываться даже после приложения гладкой руки робота.
Вот что-то похожее на дерево под руками, ага… ага… Вот и замок! Едва сдержал радостный возглас, Андреа прижал руку к замку — и ничего не произошло. Убрал, снова прижал — тишина. Он раздосадованно распрямился, и раздался гулкий удар — оказалось что над дверью проходит труба. На секунду вокруг стало светло, потом искры в глазах отгорели, и снова нельзя было ничего разобрать.
— Ну, что встали? — прошипела Ану-инэн.
— Замок не открывается!
— И что теперь?
— Откуда я знаю! Ты тоже жестяного слушала вместе со мною, знаешь столько же, сколько и я. Вот и посоветуй.
— А чья вся затея?
«Пошла ты!» — с чувством сказал Андреа про себя, но этим и ограничился — действительно, затея было его.
