– Да нет, устал просто.
– Ничего, я тоже устала. Целый день пролежала над учебниками! Проходи, что ты застрял?
Сбросив обувь, Андрей поднял голову и решился посмотреть на Вику. В обтягивающих тонких домашних шортах и маечке выглядела она такой прекрасной, что у него снова перехватило дыхание, как накануне в кафе.
Все мысли, не дававшие ему покоя, вдруг отступили. Он глупо усмехнулся и сказал:
– Ты сегодня прям вообще… Как эта… супермодель.
– Я лучше, дурачок!
– Да, – кивнул Воробей. – Ты лучше. – И вдруг испугался: – Ты со мной на море поедешь?
– Хоть на край света, я же тебя люблю.
– Я тебя тоже люблю. Очень-очень.
– Я знаю. Потому я сегодня такая красивая.
– В смысле?
– Женщины от любви хорошеют. Понял?
– Да, – кивнул Андрей с таким удивленным видом, что Вика невольно засмеялась.
– Идем на кухню. Есть будешь?
– Нет.
– А я голодная как волчица. Целый день не ела, зубрила.
Облик Вики и ее веселая болтовня подействовали на Андрея как бальзам. На кухне он, к своему удивлению, умял целую тарелку какого-то супа, второе и что-то еще.
– Нравится? – как истинная хозяйка, интересовалась Вика.
– Очень, – кивал он с набитым ртом.
После сытной еды они переместились в большую комнату. Здесь на диване перед телевизором они подурачились и поболтали, а потом, не в силах больше ждать ночи, занялись любовью.
Не считая того, что на этот раз действо происходило в другой комнате, все было точно так же, как и накануне. Они любили друг друга неистово, словно два вулкана.
Несчастный диван кряхтел, стонал и дребезжал всеми своими внутренностями. Даже чопорный ведущий в телевизоре, казалось, временами поглядывал на них неодобрительно, поражаясь этой какофонии любви.
Наконец, когда изможденная Вика откинулась на подушку, Андрей посмотрел на нее и вдруг сказал:
– Я тебя так люблю, вообще… И это… мне все время кажется, что я тебя уже где-то видел.
– Я тебя тоже видела.
– Где? – удивился Воробей.
– Во сне, дурачок! – засмеялась Вика, обхватывая его голову руками. – Мне даже кажется, что я ждала тебя всю жизнь!
Отчитавшись перед начальством, городской прокурор приказал бросить все силы на поиски денег и явно довольный укатил. «Важняк» тут же провел короткое совещание с членами опергруппы.
– Картина с деньгами у нас вырисовывается примерно следующая. Около 10.30 сообщник Пантелеева на угнанном «Москвиче»-пикапе подъехал к банку и проделал проход в ограждении. Сам Пантелеев в этот момент находился где-то поблизости. Вероятно, водитель инкассаторской машины вместе с сообщником должны были покинуть банк через забор, прыгнуть в «Москвич» и вскоре пересесть с деньгами в машину Пантелеева. Возможно, план был несколько другим, но это уже не важно. Факт тот, что сообщник вдруг обнаружил, что в пикапе пробито колесо, и дал знать об этом Пантелееву. Тот подогнал джип к банку, спрятал и стал ждать. В этот самый момент появились вохровцы. Пантелеев понял, что незамеченными уйти не удастся, и срочно поменял план. Бросив джип у банка, он примчался в кафе и разыграл комедию с угоном. После этого уже на «Сеате» он приехал домой, что-то взял и помчался куда-то за город к условленному месту встречи. Здесь он убил подельников, завладел деньгами и спрятал микроавтобус. После этого Пантелеев заехал к родителям, где-то спрятал деньги и отвез в другое условленное место «куклу» для Пархомова. Потом они встретились здесь для выяснения отношений. Вопрос – где он мог спрятать деньги?
– Где угодно, – вздохнул Петрович.
– У родителей, – сказал кто-то.
– Непохоже, – покачал головой капитан.
– Вы там все осмотрели?
– Не все, но более-менее. Усадьба большая, чтобы все осмотреть, сутки надо.
– Значит, так, – проговорил «важняк». – Сегодня заканчиваем отработку других намеченных линий. Если это ничего не даст, завтра возьмемся за усадьбу. Если бы не этот чертов дождь, можно было бы попробовать уже сегодня пустить собаку, а так придется все перещупать руками… До утра на усадьбе выставить охрану. Понятно?
– Понятно, – кивнул вместе со всеми Петрович.
В то, что Пантелей спрятал деньги в деревне, верилось ему не очень, но против начальства не попрешь. А еще капитана терзали смутные сомнения насчет того, что Пантелей хотел смыться от банка на своем джипе. По зрелом размышлении, это как-то не совсем укладывалось в голове Петровича, хотя и подтверждалось всеми фактами. В общем-то, большого значения это не имело, и капитан решил, что Пантелей в горячке чего-то недодумал.
После совещания Петрович посетил любовницу бандита Людку, кафе «Мечта» и еще с десяток мест, где мог побывать после ограбления Пантелей. Домой Петрович вернулся поздно, но на след денег так и не напал.
Вечер безумной страсти затянулся до глубокой ночи. Однако силы любовников были серьезно подорваны накануне, и около двух часов многострадальный диван наконец умолк.
Вика, тихонько посапывая, давно спала, а Андрей лежал с открытыми глазами и смотрел в потолок. Он был изможден физически, но спать не мог, потому что картины случившегося днем вдруг нахлынули на него воочию.
