– Просто нравится, и все. Ну что-то вроде… Вот ты любишь играть с друзьями? Когда вы дурачитесь, смеетесь и веселитесь? Вот и свидания для этого нужны.
– Да?
В эту минуту Джона выглядел чересчур серьезным для семилетнего мальчика.
– А вы будете говорить обо мне?
– Может быть. Немножко. Но не волнуйся, мы будем говорить только о хорошем.
– О чем?
– Ну… например, об игре в футбол. Или я расскажу, сколько мы с тобой рыбы наловили. И о том, какой ты у меня умный.
Джона затряс головой и нахмурился:
– И вовсе я не умный.
– Конечно, умный. И мисс Эндрюс тоже так думает.
– Но я единственный в классе, кому приходится оставаться после школы.
– Да ничего страшного, – заверил Майлз. – Когда я был маленьким, меня тоже иногда оставляли после школы.
– Правда? – ахнул Джона.
– Да. Только я оставался не два месяца, а два года!
– Два года?
Майлз энергично кивнул.
– Каждый день!
– Вот это да! – воскликнул Джона. – Ты, должно быть, и правда был ужасно тупым!
– Я не это хотел сказать, но если тебе от этого лучше – пусть будет «тупой». Ты умный молодой человек. И никогда не забывай об этом. Ладно?
– А мисс Эндрюс точно сказала, что я умный?
– И повторяет это каждый день.
– Она хорошая учительница, – улыбнулся Джона.
– По-моему, да, и я рад, что ты тоже так считаешь.
– Как считаешь, она хорошенькая? – спросил мальчик, помолчав.
«О Боже, откуда что берется?»
– Ну…
– По-моему, она хорошенькая! – заявил Джона и, согнув ноги в коленках, потянулся за книжкой. – Она вроде как напоминает мне о маме.
Майлз растерянно смотрел на сына, не зная, что сказать.
Как, впрочем, и Сара, только в совершенно иной обстановке.
– Понятия не имею, мама. Я никогда его не спрашивала.
– Но ведь он шериф. Верно?
– Да… но эту тему мы не обсуждали.
За минуту до этого мать полюбопытствовала, сколько человек застрелил Майлз.
– Мне просто интересно знать, только и всего. Каждый день видишь эти шоу по телевизору, столько читаешь каждый день в газетах… лично я не удивилась бы. Это опасная работа.
Сара закрыла глаза и не спешила открывать. С той минуты, когда она случайно упомянула о свидании с Майлзом, мать звонила дважды в день, осыпая Сару вопросами, на которые та вряд ли могла ответить.
– Я передам ему твой вопрос, договорились?
– Не смей! – ахнула мать. – Не хватало еще с самого начала все испортить!
– Здесь нечего портить, мама. Мы еще никуда не ходили вместе.
– Но ты сама сказала, что он славный. Верно?
Сара устало потерла глаза.
– Да, мама. Славный.
– Помни, как важно произвести хорошее первое впечатление!
– Помню, мама.
– И оденься получше. Мне все равно, что бы там ни проповедовали эти журналы, но когда идешь на свидание, нужно выглядеть настоящей леди. В наши дни женщины иногда так одеваются…
Пока мать продолжала монотонно бубнить в трубку, Сара решила просмотреть почту. Счета, реклама, заявление на карту «Виза».
Занятая делом, она не сразу сообразила, что мать закончила речь и ждет ответа.
– Да, мама, – механически пробормотала Сара.
– Ты меня слушаешь?
– Конечно, слушаю.
– Так вы будете проходить мимо нашего дома?
Кажется, перед этим они обсуждали, как ей одеться… О чем же толковала мать?
– Хочешь, чтобы я его привела? – сообразила она наконец.
– Уверена, что твой отец захочет с ним познакомиться.
– Ну… не знаю, будет ли у нас время.
– Но ты же говорила, что не знаешь, какие у вас планы.
– Посмотрим, мама. Только не слишком надейся, потому что я ничего не могу обещать.
На другом конце повисла долгая пауза.
– Вот как? – пробормотала мать, но тут же предприняла обходной маневр. – Я просто подумала, что неплохо хотя бы поздороваться.
Сара снова принялась перебирать почту.
– Повторяю: я ничего не обещаю. Как ты уже сказала, не хотелось бы испортить его планы. Надеюсь, ты это понимаешь?
– Наверное, ты права, – разочарованно вздохнула мать. Но даже если не сумеете зайти, дай мне знать, как все прошло, ладно?
– Обязательно, мама.
– Желаю хорошо провести время.
– Спасибо.
– Но не слишком веселись…
– Понимаю, – оборвала Сара.
– Если это твое первое свидание, не стоит…
– Понимаю, мама, – раздраженно повторила Сара.
– В таком случае все в порядке, – с облегчением заключила мать. – Ну, мне пора… если только ты не хочешь поговорить еще о чем-нибудь.
– Нет, кажется, мы уже обо всем поговорили.
Но даже после этого беседа продолжалась еще минут десять.
Позже, когда Джона лег спать. Майлз вставил в видеоплейер старую кассету и стал смотреть, как Мисси и Джона резвятся в прибое рядом с фортом Мейкон. Джона тогда был совсем маленьким, не старше трех, и больше всего любил играть со своими машинками на импровизированных дорожках, которые Мисси прокладывала на песке ладонями. Тогда ей было двадцать шесть, но в голубом бикини она выглядела скорее студенткой колледжа, чем женой и матерью.
