– Вот что значит дать телу качественный отдых: сразу в голове просторно, мысли так и елозят! – сообщил депутат и велел: – Записывай… Вижу, что нечем. Ну, значит, запоминай. Как раз по поводу того закона, о котором некоторые тоскуют. «Закон не отвечает требованиям справедливости, этой, как ее… адекватности… нет, лучше – соразмерности и необходимости для защиты конституционно значимых ценностей.» Еще добавь: «Нарушает конституционное право граждан на неприкосновенность частной жизни». В общем, на конституцию побольше налегай… Еще вот так можно: «Вызывает сомнения действенность предлагаемой нормы, а последующий механизм ее реализации и полезность неочевидны. Связанные же связанные с ней издержки значительны…» нет, лучше: «велики.»
– Опять всю борьбу с коррупцией заморозят, дураки! – зашептали голоса позади Потапова и Чикильдеева. – А ведь какой бюджет можно было бы запросить на эту программу!..
Еще один голос, принадлежавший, очевидно, человеку, не расслышавшему толком шуршащие вокруг разговоры, возбужденно спросил:
– Не подскажете, к кому обратиться, чтобы подыскать хорошее место в каком-нибудь комитете по борьбе с коррупцией?..
Сева и профессор переглянулись.
– Кажется мы зря старались, – сказал Потапов.
Чикильдеев вздохнул и скривился, как от кислого.
Скорее, как от горького.
– Вы правы, здесь нам спасать явно некого.
Получив в гардеробе бани вместе с вещами мобильный телефон, Сева воскликнул:
– Смотрите, нам звонила Катя!
Потом догадался:
– Только это наверняка не Катя, а опять тот противный бандит. Пусть с ним Костик разговаривает, как обещал.
Поэтому вместо Кати он набрал номер Костика.
– Костик, ну как там? Что слышно?
– Ничего не могу сказать, – ответил Костик. – И вообще, мне некогда и не до разговоров.
– Подожди, Костик! А как же Катя! – почти крикнул Сева, но трубка уже молчала.
– Не понимаю! – сказал Чикильдеев Потапову. – Костик вдруг как-то сильно изменился.
– Неужели он даже не рассказал никакую байку? – удивился профессор. – Не может быть!
– И это тоже очень странно, – сказал Сева.
– Звоните еще раз! – категорически велел профессор.
Сева подчинился.
– Костик, что случилось? Уже есть новости?
– Моя знакомая Лиза Тяпкина торговала на одесском бульваре пивом, – сказал Костик. – Когда она слишком медленно разливала в кружки, некоторые клиенты начинали кричать: «Нельзя ли порезвей?» На что Лиза резонно отвечала: «Я вам не Майя Плисецкая».
– Понял, – сказал Сева. – Рад узнать, что пиво все же разливается. Когда нам ждать известий?
– Все выясню в ближайшее время, – пообещал Костик.
– В ближайшее? – обрадовался Сева. – Сегодня?
– Не нужно все понимать абсолютно буквально, – отрезвил его Костик. – У меня, например, есть сосед Николай Мурдосин. Он спился из-за сына. Вы все тут же подумаете: ну и сволочь этот сынок! А на самом деле все было совсем не так: папа пил со знакомым генералом, чтобы с сыном в армии хорошо обращались.
– Все нормально, – сказал Сева профессору, отключая связь. – Костик починился. Снова стал такой, как прежде. Просто человек работает, договаривается. Не надо ему мешать.
– Тогда давайте искать журналиста, – предложил Потапов.
– Зачем это? – удивился Сева. – У вас еще остались иллюзии насчет журналиста?
– Как вы легко судите о людях, Всеволод! – возмутился профессор. – Не надо делать опасных обобщений! Депутат за журналиста не ответчик!.. То есть, журналист – за депутата…
– Вас послушать, так вообще ответчиков нет, – сказал Сева.
– Ну что ж, – обиделся профессор, – если вам не дорога судьба отдельно взятого человека, я займусь этим сам, один!
– Ладно, – вздохнул Сева, – так и быть, будем спасать журналиста вместе.
– Вот только как мы его будем искать? – спросил профессор.
– О, это несложно в наше время, – сказал Сева. – Ищите вывеску: «Интернет-кафе».
Найдя вывеску, они очень быстро узнали из интернета, что журналиста зовут Максим, и что он работает в некоей газете. Без труда выяснился и телефон редакции, по которому Сева позвонил.
– Могу я поговорить с журналистом Стрепетовым?
– Он будет вечером, – ответил редакционный голос.
– Но он мне очень срочно нужен! – сказал Сева. – Дайте его телефон!
– Телефоны сотрудников не даем, – отрезал голос. – Тем более, что Стрепетов сейчас на задании.
Прежде чем положили трубку, Сева успел услышать, как еще один голос с усмешкой сказал:
– С каких это пор покатуй стал заданием?
– Скажите, в русском языке есть слово «покатуй»? – спросил Чикильдеев профессора.
– Нет, – категорически ответил Потапов.
– А вот сейчас проверим, – сказал Сева, пощелкал клавишами и на экране появилось:
