«Пол, надо что-то делать с этими ящиками». Джоанна говорила ему об этом не раз, а целую тысячу. И он тысячу раз отвечал, чтобы она наняла ребят из «Пенни сейвера».
Но рабочих так и не вызвали, и ящики продолжали вопить каждый раз, когда их пытались открыть.
Люди за дверью знали, что он в квартире.
В выдвинутом ящике оказались записная книжка Джоанны, несколько карандашей, скрепки для бумаг, меню из ресторана навынос «Хьюман Флауэрз».
И никаких ножей.
Поскребывание возобновилось. На этот раз сильнее.
Пол выдвинул следующий ящик. Вот они. Целый набор ножей «Гинзу», за которые они в пять необременительных месячных взносов заплатили 49,95 долларов. Знаменитые ножи, выкованные настоящими самурайскими мастерами в Йокогаме. В рекламных роликах такими разрубают папиросную бумагу. Пол сомкнул пальцы на пластмассовой рукояти.
И повернулся к двери.
Которая была от него не дальше десяти футов. А за дверью – они. Казалось неправдоподобным и смешным, что эта дверь способна его спасти. Пол носом ощущал их присутствие. И Джоанна бы тоже почувствовала.
Надо позвонить 911.
На этот раз он может назвать адрес.
Если вызвать патрульную машину, взломщики решат, что полицейские прибудут с минуты на минуту, и это их спугнет.
Телефон находился в другом конце квартиры. Расстояние казалось непреодолимым, как Сахара.
Подожди. Не надо звонить. Достаточно сделать вид.
– Это полиция? – закричал он. – Звоню вам с Западной 84-й улицы, номер 341, квартира 9Г. Кто-то пытается ко мне влезть. Да-да, совершенно верно… Будете через две минуты? Слава Богу!
Как ни странно, его уловка не сработала. Человек или люди за дверью не прекратили своего занятия.
Пол должен был бы спросить себя – почему?
Если бы на часах было не пять утра и он бы немного лучше соображал, ответ бы нашелся.
Пол бы понял, что телефонная фальшивка не сработала и не отпугнула незнакомцев по одной-единственной причине: они знали, что звонок – притворство.
А знали потому, что были уверены: у него нет никакого телефона.
Значит, приняли меры, чтобы он не смог никому позвонить.
Сначала он ощутил несокрушимую силу.
Ее слепое присутствие.
Сгусток мышц. Словно из стали была сделана не дверь, а человек, который ворвался в квартиру. «СССР», – подумал Пол.
Он стоял в десяти футах от двери с ножом «Гинзу» в руке. И тотчас же на него налетела бесформенная черная масса.
Пол попытался ударить в нее острием, но человек отбросил оружие со смехотворной легкостью.
Нож звякнул по полу.
Однако ворвавшийся не успел убить Пола: тот нырнул под его железное плечо и бросился на кухню, где на бегу попытался запустить руку во второй ящик кухонного шкафа. Но только порезался – кажется, ножом для удаления сердцевины из яблок, который им прислали бесплатно в рамках рекламной акции. Теперь его ладонь кровоточила, а главное – он остался без оружия.
Ворвавшийся гнался за ним по пятам. Пол слышал за спиной его тяжелое дыхание, словно человек устал, изрядно намучившись с дверью.
Но не настолько, чтобы бросить свое занятие и отстать.
Пол, как филдер [50] на поле, вильнул в спальню и попытался закрыть за собой дверь.
Не тут-то было.
Преследователь навалился на створку с другой стороны.
Пол сопротивлялся изо всех сил.
«Адреналин – тот же наркотик», – подумал он. Все мышцы звенели от наполнявшей их энергии. Он почувствовал себя могучим, безжалостным, даже неукротимым.
Но верх не взял.
Адреналин сделал свое дело. Однако противник казался не человеком, а буйной природной стихией. Дверь стала поддаваться.
На дюйм.
На два.
Окровавленная ладонь скользила.
– Черт! – прохрипел Пол. – Черт! – Он попытался собрать последние силы.
Но он мог кричать, сколько заблагорассудится. Толкать дверь, царапаться, сопротивляться, молить. Напрасно.
Все кончилось сокрушительным грохотом и визгом. Дверь врезалась в стену, а Пол отлетел назад, словно выпущенный из катапульты. Увернулся от кровати и схватил телефонную трубку. Аппарат был мертв.
Человек был уже в спальне.
Пол закрылся руками. Он закричал. Но из горла не вылетело ни звука.
Нападавший закрыл ему рот ладонью, а другой рукой сдавил шею.
Пол почувствовал себя тряпичной куклой, которой вот-вот оторвут голову.
Однако незнакомец не раскроил ему череп.
Он с ним заговорил.
Шепотом.
– Дыши, – приказал он. – Легко и свободно. Вот так.
В его речи не было ни малейшего русского акцента. И колумбийского тоже. Это стало первой неожиданностью.
Но была и другая.
Потом, когда Пол перестал дрожать, они вспомнили старые времена.
На самом деле это было совсем недавно. Но те события казались такими далекими, словно превратились в древнейшую историю.
Задержка в аэропорту Джона Кеннеди. Посадка в Вашингтоне, округ Колумбия. И восемнадцать мучительных часов в самолетном кресле.
Только его гостю они тогда вовсе не казались мучительными. Он сидел и спокойно смотрел в спинку переднего кресла.
Этот человек привык ждать.
– Помнишь? – спросил он Пола.
Это был натуралист-орнитолог.
«Гимнастика джунглей».
«Книга джунглей».
«В джунглях, могучих джунглях, лев решил немного поспать».
«Буги джунглей».