Лорд Арганар одобрительно кивнул и сказал:
– Первое пророчество, касающееся избранницы моего сына, пришло в исполнение спустя несколько дней после твоего появления в нашем мире.
Видимо, это должно было что-то значить, но я была другого мнения.
– «Священное писание, датированное в ночь седьмого февраля семисот двенадцатого года. В ночь безлунную, когда дитя чужого мира услышит голос мёртвый, пробудится в наследнике древних кровей надежда, да не будет прежним мир его, да начнутся деяния великие», – процитировала я, кажется, дословно то, что давным-давно сказал мне дух Топтон.
Лорд Арганар взглянул на меня как-то очень странно, я добавила:
– Пророчество и не должно было исполниться в момент моего появления в вашем мире. В ту ночь со мной заговорил дух дома, то есть я дословно «услышала голос мёртвый», а Садхор почувствовал присутствие Арх-Аира, собственно, это и было его надеждой на возвращение духа вашего рода.
Я, как могла, объяснила ему ситуацию с моей стороны и в конце развела руки. Лорд коротко кивнул и промолчал, но на щеках его отчётливо проступили желваки, что наводило на не очень радостные мысли.
Мы постояли в молчании. Лорд Арганар думал о чём-то своём, я без интереса рассматривала незнакомых мне драконов и дракониц. Куда больше внимания уделяла их… расовым особенностям, так сказать. Глазам, если быть совсем точной. Глаза у драконов, стоило им посмотреть в мою сторону, странно, но очень завораживающе сверкали в свете многочисленных свечей. Золотой, иногда алый огонёк просто пробегался по их радужке, вселяя в меня ощущение какой-то сказочной нереальности.
Слишком волшебно, чтобы быть правдой. Но после сегодняшнего приключения, да и всего, что было до этого, не верить в волшебство по меньшей мере глупо.
– А вот и он, – негромко обронил лорд Арганар с облегчением, как мне показалось.
Я непонимающе посмотрела на него, затем с недоумением проследила за его взглядом и…
Лорд Садхор Арганар шёл уверенно и величественно, направляясь чётко к нам. Он шёл, не глядя ни на кого, но все неизменно смолкали и отступали в сторону при его приближении, освобождая дорогу своему сейчас немного всех пугающему правителю.
И вот я стою, даже, кажется, не дышу, и не могу оторвать от него завороженного взгляда, думая… об археологах. Вспоминая наше общение с предполагаемой леди Морви и сопоставляя это с образом Акиры, который мне удалось построить на нашем не очень продолжительном знакомстве и всём том, что мне о ней рассказали.
Девушка из археологический экспедиции не выглядела избалованной драконицей, что метит на самого правителя Даркхайма. Если тебя с детства растили в роскоши и вседозволенности, то скрыть это так просто не получится. У неё все равно хоть изредка, но мелькало бы что-нибуль такое подозрительное, что наверняка бы выдало её. Но ничего не было. Это была просто дружелюбная девушка, что не боится испачкать руки.
Значит, Акира не притворялась Амандой. Ей помогал кто-то ещё.
Я решительно пошла навстречу Садхору, когда он был уже в двадцати шагах от меня. Мы встретились в центре освобождённого для нас пространства, под прицелом внимательных взглядов всех собравшихся сейчас здесь драконов. Одна ладонь Садхора тут же подхватила мою ручку, вторая нежно коснулась середины спины. Я сама, поддаваясь неясному порыву, положила ладонь на его широкое плечо, невольно подумав, что за таким будет совершенно не страшно…
– Наконец-то, – выдохнул лорд Арганар так тихо-тихо, но я всё равно услышала.
А где-то там, над потолком, тут же заиграла неторопливая тихая мелодия, и правитель Даркхайма закружил меня в плавном нежном танце.
И мне захотелось, чтобы этот танец просто длился вечность. Чтобы всегда было вот так спокойно и надёжно, но не покидала другая мысль: пока нам здесь хорошо, кто-то опасный притворяется Амандой Морви в попытках откопать что-то мне неизвестное, но наверняка тоже очень опасное.
Почему всегда происходит что-то опасное?
– Мы сбегаем? – Правильно понял моё молчание Садхор.
Подняв на него виноватый взгляд, я кивнула, и тут же, противореча сама себе, уткнулась лбом ему в грудь, тихо признавшись:
– Не хочу уходить. Хочу, чтобы всё закончилось и мы смогли хотя бы один вечер провести в спокойствии.
– Боюсь, это не представляется возможным, – тоже совершенно честно признался дракон, продолжая кружить меня по залу под звуки нежной мелодии.
Потрясающее чувство чего-то нереально-волшебного перемешалось с ощущением надёжности и защищённости, которые тоже были немного нереальными, но очень приятными.
И я, невольно затаив дыхание на одном из особо головокружительных поворотов, в котором прижимающий моё тело к себе Садхор меня даже от пола оторвал, снизу вверх посмотрела в его лицо и решила, что лучше нам с ним разобраться со всем сразу. Кто знает, сколько неприятностей успеет накопиться, пока мы будем бездействовать?
– Помнишь те археологические раскопки, на которых ты меня нашёл?
Я думала, из-за музыки Садхор не услышит моего тихого голоса, но он услышал каждое слово.
