— И к чему ты пришёл? — Спросила тихо.
Мне сейчас было слишком хорошо для того, чтобы думать о неприятном. Подозреваю, с расчётом именно на это Садхор меня сюда и привёл, но… сейчас я не буду думать о неприятном, даже если надо.
Он молчал долго. За это время в парке успело прибавиться народу, а с тёмного неба начал падать медленный, искрящийся на свету снег. Одну из снежинок я, не удержавшись, поймала указательным пальцем и с улыбкой поднесла к глазам, разглядывая вырезанный самой природой тончайший серебряный узор.
— Ты сможешь навещать семью, — после долгого молчания глухо произнёс правитель и тут же добавил, — но раз в две недели, и никакой работы.
Пусть это было вовсе не то, чего я хотела, я всё равно улыбнулась. И стояла, улыбаясь, целую минуту, пока не дождавшийся моего ответа дракон не развернул меня к себе лицом, не подцепил пальцем мой подбородок и не закинул голову назад, чтобы посмотреть мне прямо в глаза.
Я всем телом чувствовала исходящее от него напряжение, это же напряжение переливалось в глубине тёмно-золотых зрачков.
— Катрин, — требовательно позвал он, ожидая моего ответа.
Который я не могла дать. Раз в две недели видеть семью? Всего раз за целых две недели? Да, я понимаю, что я не видела их месяцами, но это был мой выбор, а не чьё-то ограничение. И что значит «никакой работы»? Я не собираюсь жить за чей-то счёт. Я не буду выпрашивать копейки на свои нужды, и я не собираюсь оправдываться перед кем-то за то, куда я потратила деньги.
Но Садхор продолжал удерживать мой подбородок, не позволяя отвернуться и всё ещё ожидая моих слов, поэтому пришлось сказать:
— Нет.
Сегодня особенно тёмные глаза хищно прищурились, после чего у меня тихо, а оттого довольно жутко переспросили:
— Нет?
Здравый смысл подсказывал, что лучше промолчать, а злой дракон напротив говорил об обратном. Выбор был очевидным, поэтому я послушно повторила:
— Нет, — и любезно пояснила: — мне не подходит этот вариант.
Резко выпрямившись, Садхор убрал руку с моего лица и с высоты своего роста посмотрел если не со злостью, то со злым негодованием точно.
— Что конкретно тебе не подходит? — Старательно пытаясь держать себя в руках, поинтересовался он.
Он и так был злым, что заметно портило этот вечер… эту ночь, но именно из-за волшебства окружающего мира я сказала, не думая о последствиях — Всё. Меня не устраивает всё. Это моя семья, Садхор, и я не хочу видеться с ними раз в две недели. И почему я не могу работать? Ты же работаешь.
— Моя работа — управление целым государством, — практически прорычал он.
— Вот видишь, какая серьёзная и опасная профессия, я же тебе не говорю «бросай работу», — здраво рассудила я.
Появилось подозрение, что мой спокойный голос и разумные доводы его откровенно бесят… ошиблась. Действительно ошиблась, потому что к моему удивлению и голос, и доводы лорда Арганара успокоили. Он перестал смотреть на меня с прищуром и свысока, заметно успокоился и уже нормальным голосом напомнил:
— Я мужчина, Катрин, именно я должен работать. А ты должна сидеть дома и хранить в нём уют.
Спокойно рассуждающий Садхор мне нравился больше разгневанного дракона с желанием сначала на мне пожениться, а потом меня же запереть.
— Но я не хочу всю жизнь сидеть дома. Вот ты же тоже не хочешь всю жизнь просидеть дома.
Садхор открыл рот и вновь начал своё уже поднадоевшее:
— Я мужчина…
— Помню, — перебила я его, — поверь, я никогда об этом не забываю. Но просто хоть на миг примерь себе участь, что приготовил для меня.
Я не сильно надеялась на благоприятный успех этой затеи, которая созрела в голове буквально только что, но ночь, зима и волшебство, так что я всё же верила в чудо. Совсем немного, но верила.
И не зря!
— Это для твоей же безопасности. Ты будущая правительница Даркхайма, Катя, тебя наверняка попытаются убить.
В первое мгновение я обрадовалась. С «Я мужчина» мы перешли на «Это для твоей безопасности», что по праву можно было считать прогрессом. Так и до компромисса дойдём!
Но уже потом значение его слов дошло до меня в полной мере. И радость, которую я испытала вначале, мгновенно куда-то пропала.
— Нет, — сказала я уверенно даже раньше, чем успела об этом подумать.
— Что нет? — Нахмурился Садхор.
Сделав нервный шаг назад, заявила не менее уверенно:
— Нет, я не буду правительницей Даркхайма. Найди себе другую жерт… жену.
Потому что я на это не подписывалась! Серьёзно. Я не просила сделать меня правительницей целого государства, и уж точно я не просила о том, чтобы на мою жизнь ещё и покушались!
— Ты боишься? — Удивлённо вскинул тёмные брови дракон. — Чего?
Даже отвечать не стала, просто крайне возмущенно посмотрела на него с высоты своего не очень большого роста.
— Тебе нечего бояться, — уверенно заявил правитель целого государства.
— Да неужели? — Ехидно глянула я на него. — Если ты забыл, то я тебе напомню: я человек.
— Я никогда этого не забывал, — вернул он мне мои же слова и даже кивнул.
— Надеюсь, ты так же не забывал и того, что во мне ни магии, ни чего-либо ещё, что могло бы поспособствовать моему выживанию.
