Кто не был одинок, тот не поймет. При рождении они получили дар, хотя большинство считает это проклятьем. Короткие рассказы о тех, кто отличается от окружающих, кто ищет свой путь к счастью. Возможно излишне сентиментально, но уж какая я есть.
Крылатые
Исполненная мечта
Раннее утро в городе. Уже светает, туманно. Мирра стоит, глядя на кофеварку. Длинный, пушистый халат светлого, но непонятного цвета скрывает ее фигуру, а просторные блекло-фиолетовые тапочки защищают ноги от холодного пола. Кофе готов. Мирра наливает его в большую, белую, без рисунка чашку, как делает это каждое утро. Лицо девушки спокойное, но скорее усталое, чем безмятежное. После кофе она оденется и пойдет на работу, краситься Мирра так и не привыкла. В доме тихо и пусто: мебель только самая необходимая, ни картин, ни цветов, ни прочих безделушек. Всё выглядит припылённым, словно ты в лесу или пещере, но нет ни беспорядка, ни грязи, просто кажется, что здесь легко найти веточку или камешек. Мирра выходит из дома. Воздух тих, влажен и прохладен. Утренний и вечерний туман — её любимое время. Так она снова чувствует себя единой с природой. Сегодня у неё есть ещё один повод для радости — она идет на свидание. Нормальная жизнь, о которой она так мечтала! Тихое, простое, семейное счастье.
В течение дня Мирра, как всегда, была спокойна и незаметна, её мысли, словно любимый ею туман, — прохладны и чисты. О свидании она вспомнила лишь к вечеру. Её сердце билось ровно.
Они сидели в кафе за столиком у окна. Мирра смотрела на капли дождя, стекающие по стеклу. Он восторженно говорил ей о свободе полёта мысли, о поэзии. Наконец, он заговорил о своей Мечте.
— О чём я действительно мечтаю, — начал он, — так это быть абсолютно свободным. Этот город душит меня. Мне хочется лететь, куда захочешь, чувствовать ветер, дождь своей кожей, хочется иметь силу!
Мирра смотрела на него. С каждым словом её глаза раскрывались всё шире и шире.
— Ты хочешь иметь Крылья?
— Да... — он немного замялся, — тогда я бы смог побывать, где угодно.
— И нигде не быть принятым. Повсюду быть чужим, одиноким, никому не нужным. Быть изгоем. Быть чудовищем. Каждый будет ненавидеть тебя, бросать тебе вслед насмешки и камни. Сколько камней выдержат твои крылья?
— Ну не все же люди такие, — он не ожидал от неё таких жестоких слов.
— Да неужели?
Вопрос повис в воздухе. У Мечтателя не было знакомых Крылатых, а делиться своими мыслями с другими он стеснялся, так что, вообще говоря, не знал мнение реальных людей на этот счет.
— Я верю. Я верю, что есть хорошие люди!
— Напрасно.
Она снова смотрела в окно.
«Чем я её разозлил? — недоумевал Мечтатель. — Ну в этот-то раз я точно не сказал ничего такого!»
— Извини, — он несмело улыбнулся.
— Ничего, — Мирра снова была совсем равнодушной.
Они ещё немного посидели, а потом она уехала домой. Поднимаясь по лестнице, Мирра еле сдерживала свою ярость. «Идиот! Крылья ему захотелось! — кипела она внутри. — Да ты их даже не дотащишь!»
Впервые, придя домой, она бросилась на кровать, не раздеваясь. Воспоминания поднимались из самой глубины души. Ветер, прохлада, запах травы. Слезы бессильной ярости. Она справится, она сможет. Она сама этого хотела. И ей нет необходимости с ним встречаться, в мире много других мужчин.
Утро прошло как обычно, но на работе её ждал сюрприз. Цветы. «Мечтатель, кто же, кроме него», — подумала Мирра. Выращенные в саду, розы были красивы, но... Слишком садовые. Ладно, пусть стоят.
Вечером он позвонил, Мирра отвечала коротко. Взгляд её тёмных, глубоких глаз словно проникал сквозь предметы. От нее исходило ощущение силы, цельности и чуждости. Она согласилась встретиться в кафе недалеко от дома.
— Я хотел бы сразу извиниться за вчерашнее, — сказал он.
— Это ни к чему. Мы не подходим друг другу, у нас ничего не выйдет. Я не хочу больше встречаться.
— Но... но... как так? Мы еще толком и не познакомились!
— Уже всё и так ясно. Ты мечтаешь о далёком и несбыточном, я же хочу простого, земного счастья.
Она встала.
— Не звони и не пиши.
«Он не поймет ».
Мирра сидела на краю кровати. Воздух приятно холодил её кожу. Полностью обнажённая, залитая лунным светом, она ощупывала длинные, уродливые шрамы, протянувшиеся вдоль её спины от лопаток до самой талии. Две параллельные, изломанные линии, словно молнии или искривленные деревья. Она отдала свою силу, свою свободу, радость полета и запах чужой земли, достигаемой так легко. Что она получила взамен? Попытку стать «такой же, как все», слиться с людской массой и свою клетку в бетонном городе, ещё работу, которая не трогает душу. А вот одиночество уже было с ней. Раньше оно настигало её, стоило только приземлиться. Теперь, несмотря на толпу людей вокруг, оно было с ней постоянно, пропитывало каждую клетку её тела, струилось по дому, витало над Миррой облаком. В этом мире ей казалось, что она — сосуд, наполненный слезами.
Каждый день ей приходилось прилагать массу усилий, чтобы их удержать. Да, тело и дух Мирры крепче, чем у многих, но сколько она может выдержать? Мирра подняла глаза на зеркало. «Я не хочу так больше жить! » Свернувшись в клубочек, как маленький котенок, она плакала.