Макарихин разрешение получил, но… полетел он в Свинемюнде добивать поврежденный большой фашистский транспорт. Это и был его четвертый вылет. Хочу отметить, что такого рекордного количества боевых вылетов в течение одного дня не имел никто в полку.
5 мая войска маршала К.К. Рокоссовского заняли Свинемюнде. Вслед за этим капитулировал гарнизон острова Рюген. Личный состав полка удостоился еще двух благодарностей Верховного Главнокомандующего – их теперь набралось уже девять. А позже, в июле 1945 года, когда появилась возможность передохнуть после войны, оглядеться, не торопясь проанализировать боевые действия, Президиум Верховного Совета СССР за активное участие в майских операциях и проявленные при этом мужество и отвагу наградил 51 МТАП третьим боевым орденом – орденом Нахимова I степени.
В начале мая командование КБФ приступило к подготовке морского и воздушного десанта на остров Борнхольм, где немцы создали базу для своих кораблей, идущих из западной Германии в Курляндию, и куда вывозили из Померании большое количество войск. На наш ультиматум сдать остров гитлеровцы ответили отказом.
5 мая наше командование предупредило население острова о предстоящих ударах авиации по портам и фашистским кораблям, чтобы жители оставили портовые сооружения и другие здания в портах Ренне и Никсе и ушли в леса. После этого предупреждения авиация флота нанесла сокрушительные удары по кораблям в этих портах.
Дни фашистской Германии были сочтены. Это понимали обе противоборствующие стороны, и тем непонятнее было необъяснимое упрямство гитлеровцев, отклонявших всякие предложения о капитуляции. Уже почти неделю реяло Знамя Победы над поверженным рейхстагом, уже встретились войска союзников в центре Германии ни реке Эльбе, уже покончил с собой Гитлер, ввергнувший свою страну и весь мир в опустошительную войну, унесшую десятки миллионов человеческих жизней, а разрозненные группировки гитлеровских войск продолжали оказывать ожесточенное сопротивление. На что они надеялись?..
Чтобы избежать неоправданных потерь и лишнего кровопролития, советское командование 8 мая открытым текстом передало начальнику гарнизона острова Борнхольм радиограмму с требованием немедленной капитуляции, но это требование было отклонено. Ничего другого не оставалось, как возобновить атаки.
Я получил приказ нанести удар всеми наличными силами полка и сам повел группы самолетов. Под прикрытием истребителей мы в 11.20 нанесли мощный бомбовый удар по кораблям и портовым сооружениям в порту Ренне. Боевая нагрузка составляла по две тысячекилограммовые бомбы на каждый самолет. В районе среднего мола возникло до двадцати очагов пожара, клубами черного дыма заволокло весь порт.
После дозаправки машин горючим и боеприпасами и короткого отдыха экипажей я вновь поднял полк в воздух. На этот раз мы взяли курс на порт Нексе. Наши «яки» снова очистили небо над островом от истребителей противника и в 16.30 с непривычной для нас высоты в 2300 метров мы нанесли удар по порту и стоявшим в его акватории судам. Зенитный огонь обороняющихся хоть и был очень плотным, оказался малоэффективным, мы обошлись без потерь.
– Взрывы были очень сильными, а дым достигал высоты нашего полета, – доложил мне после отхода от цели недавно назначенный штурманом полка капитан Ф.Т. Пряхин.
– Куда же мы запишем взрывы в порту? – сокрушался он вечером. – Ведь нам нужны корабли!
– На лицевой счет Победы, а это – главное, – живо отозвался кто-то из летчиков.
А в 6 часов утра 9 мая с кораблей и самолетов Балтфлота в порту Ренне высадился наш десант. Только после этого командир немецкого корпуса генерал-лейтенант Гутман и старший морской начальник капитан 1-го ранга фон Калиц, как представители штаба гитлеровских войск, согласились капитулировать.
8 мая в Берлине был подписан акт о безоговорочной капитуляции всех фашистских войск. В связи с этим командование КБФ получило приказ Главнокомандующего Военно-Морским флотом: 9 мая прекратить все боевые действия флота. Чувствовалось, что с часу на час должно быть официально объявлено об окончании войны с фашистской Германией и о нашей долгожданной Победе. Было за полночь, но никто не ложился спать, хотя днем всем пришлось изрядно поработать. Налеты на порты Борнхольма, хотя и недалекие, потребовали немалого и физического и нервного напряжения. И все же люди ждали, ведь нельзя же было проспать такой исторический момент.
Мы с майором Добрицким тоже бодрствовали до двух часов ночи, но едва уснули, нас разбудила интенсивная стрельба зенитных батарей, прикрывавших аэродром. «Неужели налет?» – мелькнула мысль, и я поспешил к телефону, позвонил на коммутатор:
– В чем дело? Соедините меня с командиром зенитного дивизиона.
– С победой вас, товарищ командир! – прозвучал в ответ захлебывающийся от восторга голос девушки-телефонистки. – Победа! Дождались!
