Самолеты восстанавливались не только в мастерских, но и в поле. 13 июля 1941 г. самолет СБ 137-го скоростного бомбардировочного авиаполка, уходя на бреющем полете от преследования вражеских истребителей, зацепился за воду озера и затонул. Через несколько месяцев на восстановление машины, поднятой водолазами на берег, была послана группа технического состава во главе с техником Зибровым. Вскоре наступила зима. Ремонт приходилось продолжать в пургу и сильные морозы. Продовольствие кончилось, а доставлять его было почти невозможно, поэтому люди питались в основном олениной и рыбой. Несмотря на все трудности, самолет был введен в строй и отбуксирован на аэродром. С большим напряжением работал авиационный тыл. В батальонах аэродромного обслуживания не хватало спецмашин, а это затрудняло снабжение авиационных полков и соединений боевыми и материальными средствами. Нехватка запасных частей осложняла ремонт самолетов и удлиняла сроки ввода их в строй. Неукомплектованность частей тыла средствами связи, особенно радио, отражалась на оперативности и непрерывности руководства частями ВВС фронта. Но все же тыл в основном успешно обеспечивал боевые действия авиационных частей и соединений.
Важный вклад в общее дело борьбы с врагом на Севере внесли политработники. Благодаря большой, целеустремленной партийно-политической работе, проводимой командирами и политработниками, партийными и комсомольскими организациями, личный состав каждой авиационной части ВВС Карельского фронта сплотился в крепкий монолитный коллектив. Первые месяцы войны, несмотря на неблагоприятно сложившуюся для нас обстановку и понесенные потери, закалили авиаторов, сделали их опытными воздушными бойцами, готовыми сражаться с ненавистным врагом до полной победы.
Боевая мощь растет
К концу 1941 г. стратегическая инициатива на всем советско-германском фронте полностью перешла к советскому командованию. В декабре Красная Армия отбросила немецко-фашистские войска от Москвы, Волхова и Тихвина, очистила от врага Керченский полуостров.
В конце декабря Советское Верховное Главнокомандование приняло решение о переходе Красной Армии в общее наступление на всех решающих направлениях советско-германского фронта с целью разгрома главных группировок врага под Ленинградом, западнее Москвы и на юге страны.
Карельский фронт считался второстепенным. Однако Ставка возлагала и на него важные задачи, так как он вместе с Северным флотом обеспечивал северный фланг советско-германского фронта и прикрывал Мурманский порт и Кировскую железную дорогу, по которой осуществлялась связь Заполярья и Карелии со всей страной, а также Советского Союза с союзниками. Поэтому Ставка требовала любой ценой удержать Мурманск и Кировскую железную дорогу.
Гитлеровское командование не отказалось от идеи захвата Мурманска и Кировской железной дороги. Но оно не могло не учитывать того, что армия "Норвегия" обескровлена в летне-осенних боях. Фашистское командование надеялось на разгром Красной Армии на главном театре военных действий - на московском и донбасском направлениях. Наступление на Кировскую железную дорогу враг планировал осуществить зимой или весной 1942 г. Развернулась активная подготовка. Армия "Норвегия" в январе была преобразована в 20-ю горную армию. Ее части пополнились личным составом и боевой техникой.
Серьезное внимание враг уделял военно-воздушным силам. Встретив упорное противодействие со стороны советской авиации, противник вынужден был усилить свою истребительную авиацию. Кроме того, гитлеровское командование перебросило на Север авиационные части, специально подготовленные для действий на морских коммуникациях. Для выполнения дальней морской разведки в авиационную группировку на Севере была включена часть гидроавиации. Изменилось и базирование неприятельской авиации. На оккупированной части советской территории враг восстановил наши аэродромы и построил новые.
Но и советские Военно-Воздушные Силы в Заполярье и Карелии укреплялись. В части ВВС Карельского фронта и 7-й отдельной армии поступали новые отечественные самолеты: бомбардировщики Пе-2, истребители МиГ-3 и ЛаГГ-3, штурмовики Ил-2. В конце 1941 г. авиачасти фронта стали получать также самолеты иностранных марок типа "Томагаук", "Харрикейн", а в следующем году - "Кертис-52" и "Аэрокобра". Прием новой материальной части происходил в морском порту Архангельск.
К сожалению, союзники присылали нам не лучшую свою технику. Их машины по основным тактико-техническим данным уступали как советским самолетам новых конструкций, так и немецким машинам.
Осваивать иностранные самолеты оказалось гораздо труднее, чем советские. Машины, прибывавшие в контейнерах, необходимо было собрать, отрегулировать, научиться на них летать и вести бой. Но все инструкции были отпечатаны на английском языке. И вот инженерный и технический состав без единого технического описания, полагаясь в основном на свой опыт и смекалку, принялся собирать новые, никому не известные машины. Работали днем и ночью. И самолеты были собраны.
