Крылатый сфинкс, печальный цербер полностью

Усевшись за руль, она зарыдала. Феликс заявлял, что непричастен к произошедшему – и она ему верила. Какое-то шестое чувство подсказывало ей, что это так.

Но вопрос был по-прежнему без ответа: если не он, то кто же? Ведь у нее в похитители были два кандидата: Алексей и Феликс. И оба не были причастны к произошедшему.

Может, она ошиблась и один из них ломал комедию, выставляя себя непричастным к похищению? Наталья закрыла глаза и попыталась проанализировать факты, хотя это у нее плохо выходило. Потому что в голове билась одна и та же мысль: «Кирюша исчез, Кирюша исчез…»

Повторяя эту ужасную мантру, она пыталась заглушить мысли о том, что с ним могло приключиться. И в чьих руках он мог в итоге оказаться. Неужели ее кошмарные подозрения имеют под собой основание? Неужели Кирюша…

Она приказала себе не терять голову, однако сделать это оказалось сложно, ведь ее сын уже почти сутки находился неизвестно где.

И все же… Наталья сконцентрировалась и пришла к выводу. Да, она верила и Алексею, и Феликсу. Оба говорили правду – и оба были премерзкими личностями. Алексей полностью ушел в бизнес и вел на стороне более чем вольготную личную жизнь, не испытывая любви к сыну. А Феликс был свихнувшимся на почве зависти и ревности типом, который также не любил ее сына и хотел использовать его исключительно как инструмент давления на нее.

Да, они были отвратительными субъектами, один из них затевал похищение Кирюши, однако… Однако она была вынуждена признать, что ни Алексей, ни Феликс не удерживали его где-то в тайном месте и не имели понятия, что с ним случилось.

Это ей подсказывала ее материнская интуиция, а ей Наталья всегда доверяла.

Но если не они, то кто же? Кому могла прийти в больную голову идея похитить ее сына? Кто мог сделать это?

Ответ был очевиден: это дело рук мертвого мальчика с белыми волосами и синими-пресиними глазами.

Наталья резко тронулась с места, разворачиваясь на проселочной дороге на сто восемьдесят градусов. Ей надо было вернуться домой.

И она помчалась туда, втайне надеясь на то… На то, что она войдет в дом – а Кирюша будет там. Хотя понимала, что это не случится. Но ведь она могла надеяться на чудо!

Подкатив к дому в поселке, она распахнула ворота и въехала во двор. Вбежала в дом – и увидела топтавшуюся в коридоре Гертрудочку. Все было как и прежде, когда она уезжала в Москву, уверенная, что вернется сюда к завтраку с сыном.

– Где Кирюша? Ищи его, ищи! – произнесла она, уже не в состоянии плакать, поглаживая старую таксу. Та, задрав к ней мордочку, заурчала и в самом деле потопала куда-то в глубь дома. Однако такса повела женщину к террасе, желая сообщить, что неплохо бы совершить утренний моцион. А потом, после того как Наталья, раскрыв для нее дверь, выждала возвращения собачки, та повела ее на кухню, давая понять, что желает откушать.

Наталья вздохнула, насыпала Гертрудочке корма и взгромоздилась на табуретку около вкушавшей завтрак таксы. Итак, она попыталась найти сына и потерпела фиаско. Значит, ей требовалась помощь профессионалов. На полицию надежды никакой, тем более не рассказывать же там о своих подвигах, о том, как она, к примеру, раскурочила дорогущий автомобиль Феликса.

Того, что он, уже давно, конечно же, освободившийся из подвала, заявится к ней, она ничуть не боялась. Это ему надлежало дрожать. А если снова заявится, то она устроит ему достойный прием!

Ее взгляд упал на молоток, лежавший на кухонном столе. Он остался после акции по извлечению из замурованного камина детских костей.

Костей мальчика в красной рубашке, с белыми волосами и, вероятно, с синими-пресиними глазами…

Наталья медленно поднялась наверх, подошла к комнате со шкафом и произнесла:

– Ты забрал его, ведь верно? Отдай мне его, пожалуйста! Верни мне сына. Тебе хотелось заполучить товарища по играм? Так играйте, но здесь. И в любое время… Только верни мне его!

Нет, в мистику она не верила, однако… Однако была готова ко всему! Буквально ко всему, даже к тому, что из шкафа выйдет мальчик в красной рубашке, с белыми волосами и синими-пресиними глазами. Мальчик, который приведет за руку улыбающегося Кирюшу.

О, если бы это было так!

И в глубине дома в самом деле раздались какие-то посторонние звуки. Наталья прислушалась, но убедила себя, что все это игра воображения – пусть она и отчаявшаяся мать, но все же рационально мыслящий человек. Однако нет, откуда-то снизу, без сомнения, доносились шаги.

Наталья слетела с лестницы, уверенная, что вернулся сын. Один или с мертвым мальчиком, ей было уже все равно. В случае чего у нее будут уже два сына, причем один из них – привидение, живущее в шкафу. Кто сказал, что такого не бывает?