Снейп держал в руках письмо и колдографию. Ему не нужно было смотреть на картинку, чтобы увидеть изображение, которое навсегда осталось в его памяти: крохотная ручка Лили Поттер гладит его по щеке, ее бледное фарфоровое лицо обрамляют светлые локоны, зеленые глаза светятся невинностью и любовью. Прошло шесть месяцев со дня ее безвременной смерти, и все же он все так же чувствовал себя таким опустошенным, словно бы это было вчера. Ее крохотная ручка, нежно коснувшаяся его лица, крепко врезалась в память сердца… Он стиснул зубы и закрыл глаза от боли, но воспоминания не оставляли его. Поттер раненым зверем выл в руках Рона Уизли, но Снейп не умел утешать ни мальчика, ни мужчину.
Поттер… Поттер больше не приходил. Их объединяла только попытка спасти жизнь малышке Лили, и когда она ушла, Снейп перестал быть нужным. Что ж, это было понятно. Он не смог. Не смог спасти Лили Эванс, не сумел сохранить жизнь Лили Поттер… А еще он ненавидел Гарри Поттера все эти годы в Хогвартсе и всеми силами отталкивал от себя Мальчика-Который-Выжил…
Невидящий взгляд скользнул по колдографии.
Он не хотел ничего этого. Он не хотел знать, что у него есть сын. Он не хотел встречаться с внуками. Он не хотел переживать агонию потери. Но все же она была, эта бездонная пропасть горя, боли и сожалений. Его руки судорожно сжали стакан; на поверхности бренди чернело маслянистое пятно.
Профессор Снейп,
мы с Джинни хотели бы поблагодарить Вас за помощь с Лили. Мы ценим все, что вы сделали, чтобы спасти ее жизнь. За то короткое время, что она знала вас, она вас очень полюбила. Эту колдографию Лили на Ваших руках медсестра сделала в тот самый канун Рождства.
С уважением,
Гарри
Лили, Рождество, ок. 02:15 блестела надпись. Пока затуманенным взором он пытался разглядеть снимок, слова девочки всплыли в его памяти, прозвучали в тишине: “Баба Виви ждет меня…”
Одним глотком он выпил бренди; зелье окрасило черным язык, обожгло глотку. Она ждет и меня, малышка…
========== 8. Раскованная мелодия ==========
Гарри был потерян и разбит. Сожаления, словно змеиный яд, отравляли его душу. Он был настолько погружен в собственный мир, в свое бесконечное горе, что ничего не замечал. Когда прилетела сова от мадам Помфри, его охватило чувство вины и страха. Теперь же к ним примешался еще и гнев.
Мужчина спокойно лежал на кровати, укутанный белыми простынями. Он не был мертв, но и не был жив. Он был где-то между, и никто, меньше всего Гарри, не знал, был ли хоть один шанс на его возвращение. Когда волшебник пытается совершить самоубийство, даже если удастся исцелить тело, может так случиться, что магическая душа не вернется.
Гарри коснулся руки Снейпа. Тринадцать лет назад он боялся разбудить его. Теперь же им владело чувство вины и желание по-настоящему узнать человека, который был его отцом. Гарри проклинал себя. Почему ему не пришло в голову навестить Снейпа? Естественно, что профессор тоже переживал, в конце концов, Лили была его внучкой. Но зельевар вел такую уединенную жизнь, а они все были настолько погружены в свое горе, что никто и не вспомнил о Снейпе и даже не подумал, что тот может сделать. Гарри вздрогнул от мысли, что когда умерла его мать, все было точно так же. Никто никогда не думал о Снейпе… пока не стало слишком поздно.
Единственной причиной, по которой мадам Помфри, пришедшая к профессору с просьбой об изготовлении особо сложных зелий и обнаружившая его, известила Гарри, был черновик неотправленного письма. Небрежно исписанный пергамент хранил больше вопросов, чем ответов. Один вопрос, на который Снейп все-таки ответил, потерял для Гарри актуальность еще тринадцать лет назад. Гарри перечитывал письмо снова и снова, и с каждым разом ему становилось все больнее и больнее.
Мистер Поттер
Дорогой Гарри,
думаю, ты должен знать, что я…
Я хочу, чтобы ты знал, как я сожалею…
Наверное, ты задавался вопросом, почему мысль о возможности того, что ты мой сын, никогда не приходила мне в голову. Ответ прост: любая третьекурсница Хогвартса знает соответствующие заклинания, а твоя мать…
Если бы я только мог предположить, что ты — мой сын….
Ты заслуживаешь лучшего, чем…
Я искренне сожалею, что не смог сделать большего для малышки Лили. Она была так похожа на твою мать… Я думал, что повидал и отлюбил все еще до войны…
Слова не могут описать мое…
Но хотя бы…
И это было все. Снейп не закончил его. Было ли это похоже на предсмертную записку? Это явно был черновик письма. О чем сожалел профессор? Что имел в виду? Что такого хотел сказать, о чем не смог написать даже перед смертью? Гарри вздохнул и сжал его холодную руку мужчины.
— Черт вас побери, профессор, за все, что вы сделали со мной, — пробормотал он, усмехнувшись собственной иронии и невольно задаваясь вопросом, сколько раз Снейп говорил то же самое о нем.
***
