- Что? - нелюбезно спросил я, поворачиваясь с правого бока на левый. - Уже приехали?
- За двадцать-то минут? - Феликс посмотрел на часы и едва заметно улыбнулся, давая понять, что оценил шутку. Хотя я и не думал шутить. - Не спешите. Строго между нами, Виталий: я не думаю, что они появятся в ближайшие часы. А может, и дни. Знаете, я очень удивлюсь, если до нас доберутся завтра к утру.
Я сел на постели и начал нашаривать ботинки.
- Мост?
- Не только. Еще разлив на шоссе, вы о нем забыли?
Автобус больше не ходит. Легковая машина не пройдет тем более. Амфибий и вертолетов у здешнего УВД, разумеется, нет. Спуститься по Радожке на катере рыбнадзора можно только после ледохода, а он, как сами слышите, продолжается. Что отсюда следует, подумайте сами. Я подумал.
- Это что же… Борис Семе.. то есть труп будет сидеть в холле до самого утра?!
- Если не больше, - заверил Феликс. - Хреново. Но это не главное. Прислушайтесь.
- Только что прислушивался.
- Потише… Что делают соседи?
Феликс демонстративно умолк. Кажется, даже дышать перестал. Действительно, в промежутках между треском сталкивающихся на реке льдин я явственно услышал голоса. И сбоку, из девятого номера, и еще откуда-то. Кажется, снизу, из четвертого.
- Обмениваются впечатлениями, - сказал я.
- Вот именно, пока впечатлениями. - Феликс был очень серьезен. - Смерть, кровь, какой ужас, кто бы мог подумать и все такое. Нормальная человеческая реакция. Я вам скажу, что будет дальше. Скоро они начнут строить гипотезы о причинах смерти, и это будут очень нехорошие гипотезы, уверяю вас,
Я поднял на него взгляд.
- Убийство?
- Скорее всего. То есть я не исключаю и самоубийство, и несчастный случай, но, по-моему, это убийство. Вы мне поверьте, Виталий, я, наверное, на своем веку повидал покойников немного больше, чем вы… вы только не обижайтесь…
- Я не обижаюсь, - буркнул я. - А дальше что?
Он вздохнул. Кажется, моя тупость начинала действовать ему на нервы.
- Только то, что убийца в настоящий момент находится в этом здании. Или по крайней мере на одном с нами острове. Вы согласны с этим тезисом?
- Только в том случае, если это действительно убийство, - сказал я. - Что не факт.
- Не факт, - согласился Феликс. - Но к такому выводу очень скоро и совершенно неизбежно придут все наши соседи. Вы представляете, что тут начнется? Хорошо представляете?
Я попытался представить. Мне не понравилось. Очень не понравилось.
- До утра, положим, перетерпим… - пробурчал я.
- А если дня три-четыре? Я ведь, по правде говоря, насчет завтрашнего утра погорячился. Не верю я в это. Ну, допустим, пробьются местные сыскари в «Бодрость», а дальше? Переправочных средств в санатории наверняка нет. Собственной строительной бригады, насколько я понимаю, тоже. Одна надежда на то, что протоку как следует забьет льдом и можно будет перебраться сюда по затору. А нам - отсюда. Но я на случайности не надеюсь и вам не советую. Я молчал. Ждал, что он скажет дальше.
- Поэтому я предлагаю вам поддержать меня в одном полезном деле, - продолжал Феликс медлительно и веско, - и даже, пожалуй, сыграть в этом деле главную роль. Согласитесь ли вы - вот в чем вопрос…
- Поддерживать версию о самоубийстве? - спросил я.
- Нет. - Феликс отрицательно качнул головой. - Попытаться расследовать это дело самостоятельно, так сказать, в частном порядке. Вы и я. Но главным образом, конечно, вы.
С минуту я молча пялился на него, потом меня одолел безудержный истерический смех. Феликс, заведомо готовый к такой реакции, терпеливо ждал.
- А почему не Матвеич? - спросил я, вытирая глаза. - Почему я? Не все ли равно кто?
Ответ был явно заготовлен заранее:
- Потому что не Матвеич в настоящее время пишет детективы, а в прошлом работал в органах МВД.
- А разве я работал в органах МВД? - спросил я, все еще посмеиваясь.
- Так-таки и нет? Никогда?
- Вот именно: никогда. Ни сном ни духом.
- Хм… - Феликс был озадачен. - А простите, как же вы тогда пишете? Ведь ваши книги на современном материале?
- Как, как, - сварливо сказал я. - Стучу по клавишам двумя пальцами. А когда текст хорошо летит, то и четырьмя.
- А… - Феликс на секунду затруднился с подбором слова, - фактуру откуда берете? Из головы?
- Эйнштейн сказал, что из ноги было бы труднее.
Феликс ненадолго задумался. Истукан истуканом. Затем в глазах истукана появился блеск.
- Ну хорошо… Допустим, я теперь знаю, что вы не служили. Но ведь остальные-то этого не знают. А мы им не скажем, правда?
Я покачал головой:
- Не согласен.
- С чем?
- Ни с чем. Вообще не согласен. С какой стати нам брать на себя чужую работу? Нас за это по головке не погладят Кто мы такие, чтобы вести следствие?
