Девчонки отбросили плащ и повисли у нее на шее. Воробей забился куда-то под волосы. Пусть. Главное, чтобы не потерялся в пути.
С ношей Анна ухнула вниз, едва удержав равновесие. Снова затрещала спина. Было уже не холодно, а дико, как в аду, жарко. По вискам тек пот, руки стали влажными. Она не то летела, не то плыла, борясь с волнами и ветром. Краем глаза видела: вокруг других кабинок уже кто-то кружился. Эвакуация началась. Ее сносило в сторону, из глаз текли слезы, она ослепла и оглохла и даже не поняла, что вдруг стало легче. Одна из девочек ускользнула из ее рук, а следом и вторая. Саму Анну кто-то схватил за талию и страшным голосом зарычал прямо в ухо:
— Убирай крылья, дура, убирай! Я держу.
Но она не знала, как убирать крылья, а еще у нее в волосах трепыхался воробей. Значит, совой обращаться нельзя, потеряют маленькую, унесет ветром. И она не придумала ничего лучше, чем просто закрыть глаза и расслабиться, обмякнуть в руках Югора, потому что, конечно же, это был он. Мир вокруг закрутился в воронку, вдруг стало очень холодно… и совершенно темно.
Весь медовый месяц Анна провела в постели. Нет, не с Югором. Одна. Она болела. Жуткая слабость, ломота в костях и страшный кашель — награда нашла своего героя. Мало того, что ее скрючило после оборота, так она еще и простудилась. Разумеется, счастлива она не была.
Первую неделю металась в бреду, пылая, и даже маги разводили руками: таков откат. Тааннет перенапряглась. У ее постели поочередно сидели и Мэррилы, и Анхормы, и даже однажды — Белокрылый.
Потом она пришла в себя, потребовала мужа под бок и вцепилась в него, как сова в мышь. Ей стало легче.
Еще неделю Югор поил ее с ложечки бульоном и читал нотации: ответить она не могла, горло болело со страшной силой. Хорошо еще, он сразу ей сообщил, что никто не погиб, все дети и взрослые были эвакуированы. А больше он ничего не сказал, несмотря на то что Анна хрипела и сердито сверкала глазами.
Потом она смогла шептать, и первое, что произнесла, было:
— Это все Высочайший задумал, да? Тварь белокрылая.
— С ума сошла? — удивился Югор и потрогал ее лоб. — Нет, жара нет. Значит, оборот повредил мозг. Ты меня узнаешь?
— Ты мой вдовец.
— Почти. Я все же успел. Белокрылый при чем? Это все Лебеди. Ты была права.
Анне удалось сдержать ухмылку, но что-то все равно не сходилось.
— Помнишь свою продавщицу? Пришел отчет от Алкедо. Единственная, кто заказывал их фирменные иглы в наших краях — это она. И на почте ее узнали, она заходила за каталогами как раз тогда, когда грузили в доставку твои посылки. Она опытная, умеет обращаться с иголками, вполне могла их настроить на атаку. И подложить коробочку тоже было несложно. А еще она работала в Трех Ветрах горничной.
Анна развела руками: последний факт был ей известен.
— Я тебе не говорил, но она активно строила мне глазки тогда, кокетничала. Мне не нравилось ее поведение, и я не стал продлевать контракт.
Анна зафыркала. Неожиданный поворот событий. Да, за такое и иголки не жалко в подарок отправить. Вполне себе по-женски. Но при чем тут канатная дорога?
— Ее допрашивали. Твои одеяла тоже подлили масла в огонь.Девочка пыталась хоть как-то выбиться в люди, а ты пришла и за пару недель заработала больше, чем она за несколько лет.
— Во всем виноваты Мэррилы, — просипела Анна недовольно.
— И они тоже, — согласился Югор. — Их показательная поездка на вездеходах здорово разозлила Лебедей, а твоя продавщица и вовсе устроила истерику своим братьям. И она узнала Эрика. Откровенно говоря, он не слишком и прятался. Братья, кстати, работали на канатке. Один инженером, другой смотрителем. Нет, не тот, кто вас сажал, другой.
Анна закашлялась, Югор тут же подсунул ей чашку с чем-то горячим, травяным и слегка алкогольным. Не иначе, как свое особое зелье. А потом продолжил:
— Первая катастрофа была несчастным стечением обстоятельств. Здесь же ребята стопорнули дорогу и открючили воздушную сеть, угрожая разрушить блоки. Они не знали некоторых нюансов конструкции, поэтому угрозы были глупыми. Когда я говорил, что канатку нельзя разрушить, я не шутил. Там есть еще внутренняя защита. Кроме ветра и холода вам совершенно ничего не угрожало. Пока вы с Высочайшим геройствовали, уже вовсю разворачивали эвакуацию.
Анна скривилась. Ну извините, откуда они могли это знать? Могли бы как-нибудь предупредить.
— Ты зачем сама полезла спасать детей? — строго спросил Югор, поправляя подушки. — Героиня выискалась.
— Я — Мэррил, — выдохнула Анна. — И Анхорм.
— Я так и понял. Хорошо, что когда обезвредили этих двоих, я сразу полетел за тобой — как чувствовал. Девчонки, конечно, обе свалились с воспалением легких, но истощения у них не было, из маги за три дня поставили на ноги. С тобой сложнее получилось.
— Высочайший?
— Ну, он детей донес до заповедника. С его стороны это было умное решение. А когда вернулся за остальными, кабинка уже опустела. Но ты не волнуйся, он славно поработал, вытаскивая остальных. После того, как его, панически обыскивающего ущелье, подхватили Сычи. Он-то подумал, что вы вывалились из кабинки.
