— А как же по-другому? — усмехнулась Ленка, выразительно рассматривая свежий шрам на руке. — Ты поручишься, что Охотники не затеяли новую засаду? Явно они исказили направление канала…
— Знать бы еще, кто у них такой умник…
Вика увидела Святослава, прислонившего к дереву. Странно, что она раньше его не заметила — учитель Влада стоял на свету, не прячась. Он пояснил, не отрывая взгляда от ночного неба:
— Изменить направление канала почти невозможно. На это способны лишь могучие маги… Откуда они у Охотников? Совет регулярно отслеживает занятия всех магов… Даже людей-драконов. Никто не пропадал, не сотрудничал с Тенью. Сам собой напрашивается вывод, что они пришли из другого мира… А это очень плохо…
Чем? — не поняла Вика.
— Тем, что не понятно, какую силу они из себя представляют. Может, их много, может — мало. Кто знает?..
Наитель было интересно, что еще скажет Святослав, но тут ее отвлекли огромные тени, вновь накрывшие поляну.
На не такой уж большой полянке сразу стало очень тесно, стоило на нее опуститься пяти крупным драконам. Вика с любопытством посмотрела на своих «сородичей». Они выглядели почти так же, как и люди-драконы, но более… яростные? Дикие? Вика затруднилась дать определение. Драконы дышали яростной силой, сама первозданная природа, казалось, глядела через глаза этих прекрасных магических существ. Это впечатление еще более усиливалось благодаря гневным языкам огня, то и дело вырывавшимся из пастей.
Крэй и Иван приняли истинный облик и вышли к драконам. Ученики с остальными наставниками пока менять ипостась не стали, оставшись сидеть или стоять у края леса.
— Крэй, Тайрен. — Самый крупный и древний на вид дракон — видимо, вожак — припал на передние лапы в поклоне.
— Дорайн? — удивленно сощурился Тайрен, ответив таким же поклоном. — Ты теперь в пограничном отряде?
— Да. Ты многое пропустил, Тайрен. Что с вами случилось? Мы получили сигнал, но он был таким нераз-борчивым…
— Охотники, — коротко проклекотал Крэй. Дорайн яростно фыркнул, выпустив из пасти язычок пламени.
— Вот оно что… мы почувствовали, но еще сомневались… Они совершенно обнаглели. Напасть на учеников… Зачем? Кто-то из ваших погиб?
— Нет. Мы отделались ранениями. К счастью, Нери залечила их… Но если мы спустим им с крыльев это…
Дорайн согласно кивнул. Потом, подумав, сказал:
— Но это дело, которым нужно заняться потом, на Малом Совете. Вы все в состоянии лететь?
Тайрен кивнул, оглядев учеников.
— Ну тогда вперед, — подвел итог дракон.
Наитель легко оторвалась от земли. Крыло нисколько не болело, словно его никогда не ранили. Дорайн одобрительно сказал Тайрену, глядя на дракониц:
— Красавицы! Твои ученицы?
— Да. А золотистый — Райка.
Дорайн задумчиво взглянул на Путь. Серебряный свет Пути зажег в его желтых глазах белоснежные сне-жинки.
— Ариена будет рада. Наконец-то у нас появились ученики-драконы! Но разумно ли ты поступил, приведя их сюда? Сейчас, когда нам угрожает опасность?
Тайрен ответил на вопрос приятеля молчанием. Он поглядел на учеников. Наитель летела сразу за про-вожатым, на крыло обогнав изумрудную Мейтри. Хайсен летел где-то позади, не пытаясь соревноваться с Воздушными драконицами в полете, хотя Варра, в буквальном смысле севшая ему на спину, просила лететь побыстрее. Золотистый дракон лишь огрызался, ловя на себе насмешливый взгляд незнакомого Повелителя Стихий, летевшего неподалеку.
Великий телепат, один из старших людей-драконов, Тайрен, давно прозванный «Брызг Моря» помолчал, а потом сказал:
— Ты же знаешь, они бы не остались. К тому же нам нужны их способности. Они еще совсем недавно начали обучение, мы с Райком не успели их как следует выучить… проклятье! Почему Тень не начала наступление хотя бы через полгода?! Зачем она перешла к таким наглым и активным действиям именно сейчас?!
Дорайн тихо рыкнул:
— Успокойся! Ты ведь и сам знаешь, почему.
Тайрен кивнул.
— Да. Они знали о наших учениках. И они хорошо подготовились, напав на уязвимое место всех драконов…
Они неслись над Лесом Найтагов. Море темно-изумрудной зелени расстилалось под крыльями, колыхалось, шевелилось, словно настоящее. Об этом Лесе ходила дурная слава у всех человеческих рас — и у самих людей (у них, пожалуй, больше всего), и у эльфов, и у гномов, и у редких в этих краях оборотней. Тайрен всегда считал, что разделение на человеческие расы и магических созданий несовершенно, и его стоит пересмотреть, но все остальные находили его очень удобным.
Дорайн покосился на приятеля.
— На счет тех нападений ничего не прояснилось?
Тайрен покачал головой. Будь он в человеческой ипостаси, наверняка досадливо ударил бы кулаком по ладони, но в истинном облике, да еще в полете, сделать это невозможно…
— Им начисто стерли память. Знал бы ты, как я ненавижу такие ситуации! Когда знаешь, кто и что совершил, но сделать ничего не можешь!
