Взгляд Тарга метнулся от девушки на тумара. Осознание, что это не случайная ошибка медленно приходило к растерянному эргенеру. Только вот то, что он действительно растерян, видел только Гирон. Ведь они с раннего детства знали друг друга, прошли крыло к крылу слишком много и слишком долго прикрывали друг другу спины.
Поверить страшно - не поверить невозможно!
В голове у герандера мысли проносились бешеным вихрем, сбивая друг друга. Сколько женщин прошли через него после смерти последней Эргары? Не одна сотня. Сколько после встречи с ним понесли? Ни одна! То же он мог сказать и о Арингаре – Властителе земель, наследнике эргенеров. Боги прокляли их, обрекли на вымирание. Или эта земля не хотела, чтоб эргенеры жили на ней.
Поверить страшно - не поверить невозможно!!!
***
Это селение было полно тумаров, но след дочери вел именно сюда. Нира передернула плечами. Что же делать? Она должна была расспросить кого-нибудь из людей. Накануне она обежала городок по окраинам и не обнаружила следов Таннис. Но и то, что ее нет внутри, она уже знала. Чувствовала. Что же делать?
Она, конечно, может стать невидимой и, чтоб не увидели следов приподняться над землей, как делали нании при прощании с людьми. Но надолго ее не хватит. Она сильно устала. А сил это отнимает много.
Можно было еще дождаться ночи, и под покровом темноты войти в селение. Но тогда она никого не встретит и не у кого будет узнать про дочь.
Вздохнув, она решилась. Надвинула капюшон пониже и стараясь не попадаться на глаза высоким темноволосым мужчинам стала пробираться к своей цели.
Да! На это крыльцо поднялось множество людей и нелюдей, но след Таннис все еще держался. Подумав пару секунд, Нира решительно направилась к двери. Но не к той, около которой толпилось трое тумар, а к той, которая вела сразу на кухню.
***
Крылья несли его домой.
Тарг бережно держал дочь на руках. Она доверчиво прижималась к его груди и слушала сильные удары сердца. Нежность и радость наполняли его. Дочь! Это действительно его дочь! Спасибо тебе, старый друг.
Он примет в свою гвардию обоих его сыновей. И не из-за дочери. Оба тумара легко пройдут испытания. С таким учителем, как их отец они должны быть хорошо подготовлены.
- Тебе не страшно? – Уже в третий раз спросил Тарг – Не холодно?
- Нет! Спасибо. Все хорошо. – Таннис обвила руками шею мужчины и с восхищением смотрела через его плечо на поднимающиеся и опускающиеся крылья за его спиной.
Когда этот человек сказал, что они полетят, Таннис даже не представляла, что это будет так восхитительно. Назвать его отцом она пока еще не могла, но и слово «монстр» теперь тоже вызывало ее протест.
Интересно, а почему Гирон не нес ее на руках? Он не выглядел слабее. Сейчас он, наверное, уже дома. А вот Пат и Лер летели где-то рядом среди сопровождающих.
***
- Пусть солнце освещает ваш путь, а ночь дарует отдых. Чем я могу отблагодарить вас за молитву?
Две женщины, одна у печи, вторая у стола, в изумлении замерли с открытыми ртами. Эти заветные слова знали даже дети, но услышать их не многим посчастливилось.
- Богиня-нания! – Обе бросились к ней с протянутыми руками. Заглядывали в глаза и улыбались.
- Давненько здесь не было моих сестер, - Вздохнула Нира. Потом возложила руки на головы стоящих на коленях женщин, и отпустила силу. - Примите мое благословение и молитесь за нас.
Воспоминания женщин пронеслись перед глазами нании. Да, ее Таннис была здесь, и монстры встретили ее с большой радостью. Значит всё хорошо, и она может больше не волноваться за дочь.
- А где сейчас хозяйка?
- Пойдемте, мы проводим вас. Она недавно родила, и поэтому не работает в таверне.
***
- А почему твоя мать не защитила тебя, когда твои учителя выгнали тебя из обители, - Тарг сам расставлял тарелки на столе, и это несколько удивляло Таннис. Он отпустил принесшую еду женщину, даже сам забрал у нее из рук поднос прямо на пороге.
- Ну, просто ее не было со мной в это время. Все нании, которые паломницы, должны быть на своем пути. Помогать людям и всей земле. У нас наний дарительницы жизни не заботятся о своих детях. Как то так, вот.
Таннис смотрела на мужчину, и вдруг осознала. Нира никогда, ни разу не заговаривала о нем. Ни плохого, ни хорошего. И сейчас девушке предоставлялась возможность самой составить представление об этом человеке. И что самое странное, ей хотелось думать о нем хорошо.
- Мама часто навещала меня. Но встречались мы тайком. И о тебе никогда ничего не говорила. Да я и не спрашивала. Мои подруги в обители не знают своих дарительниц жизни. У нас это не принято. Да со мной об этом никто бы и не захотел говорить. Я… - Таннис замолчала. Называть себя, так как называла злючка – Олсикама она не хотела, а по-другому выразить свое положение… - Я – чужая. Не такая, как все. У меня и волосы черные, и глаза не ярко-голубые.
- А какие? Мне показалось, что глаза-то у тебя точно как у матери.
- Почти. Если хорошо приглядеться, то у самого зрачка есть несколько желтых крапинок, - Таннис задумавшись, протянула руку и взяла с тарелки кусок пирога, - Ой, простите! Можно?