Из мотеля Джин поехала за продуктами. Хотя дома еще оставалось много всего, ей хотелось разнообразия. Правда, чего точно хотела — сама не могла сказать, так что пришлось закупить всего помаленьку. Что не пригодится — потом Алекс съест. При этой мысли Джинджер усмехнулась. Если он и не обладал умениями шеф-повара из крупного ресторана, то для приготовления обычных завтраков, обедов и ужинов его таланта вполне хватало. Хотя Джин и обещала Алексу не делать из него повара, сдержать данное слово она не смогла. Почему-то от некоторых запахов на кухне ей теперь иногда становилось... не то, чтобы очень дурно, но неприятно. Хотя, в готовом виде она, как и раньше, могла съесть все, что угодно. Эх, потом придется опять соблюдать диету, восстанавливать фигуру!.. Да что поделаешь, скоро все станет очень даже заметно... Но пока... Можно себя побаловать... И не только в еде... Доктор ведь сказал, что пока особых ограничений нет, было бы желание... А оно есть... И не нужно ничему удивляться, во время беременности могут быть самые разные фантазии и причуды, но потом это обычно проходит.
После купания Джинджер лежала под зонтиком у бассейна, принимала «воздушные ванны». Загорать она и до этого не очень любила, а теперь и вовсе стала избегать.
Ну, и что у нее с Алексом?.. Сейчас нет такого бурного пламени чувств, как это было с Ричардом. Никакой любовной лихорадки, дрожи от случайных прикосновений и прочей романтической ерунды... «Чем страсть сильнее, тем печальней бывает у нее конец...» Да уж, тогда все закончилось очень грустно... Ричард, милый, где бы ты сейчас ни был — твоя любовь как маяк, всегда будет светить издалека...
С Айваном тоже все было не так... Вдвоем, против целого нового мира!.. Нужно суметь устроить жизнь, найти свое место на этой земле... Вроде бы только-только устроились... И тут Айван улетел и не вернулся... Да, не так давно Джинджер вспомнила о дисках, которые они когда-то записывали. Втихомолку переломала их и сожгла остатки в жаровне для барбекю за домом, пока Алекс в очередной раз торчал на аэродроме с утра до вечера. Прошлое нужно оставлять в прошлом...
А что сейчас, с этим внешне довольно неуклюжим... Ну, не «парнем», конечно, он все-таки старше... Почему ей хочется, чтобы он был рядом? Ведь несколько раз проводила один и тот же эксперимент: под разными предлогами оставляла Алекса ночевать в гостиной на диване. И утром почти всегда оказывалась у него под боком... Причем не могла вспомнить, как туда попала. А пару раз вообще просыпалась, как котенок, пристроившийся подремать на шерсти большой собаки — сверху. Причем Алекс так и спал дальше, вот что интересно... Тогда она потихоньку сползала и пристраивалась рядом, ухитряясь не разбудить этот странный «магнит». Так что в конце концов Джинджер решила не мучиться и с тех пор диван в гостиной по ночам пустовал.
Еще... Однажды она случайно заглянула в самый дальний ящик шкафа, потом набралась смелости и предложила... Неважно, что именно... И не пожалела! «Полет» вышел незабываемым для обоих, и после этого Джинджер окончательно перестала стесняться. Можно даже сказать, «распоясалась» - в прямом и переносном смыслах. Наверное, кто-то мог даже назвать ее «бесстыдницей», но какое вообще дело посторонним до ее личной жизни?.. Сейчас лето, жарко, дома можно ходить как угодно, собака и кот никому не расскажут. И еще — Джин вроде бы поняла, что именно происходит. Наверное, здесь подойдет сравнение с ярким солнечным светом. Если он просто попадает вам на кожу руки — то вы чувствуете тепло. Но если на пути этого света окажется собирающая линза — этот свет может вас обжечь, или даже воспламенит бумагу. Так и с Алексом: когда он обращал на кого-нибудь внимание, это не все могли выдержать. Наверное, поэтому Бриджит и обратилась тогда к Джин с очень необычной просьбой. Для нее этот «свет» чужого внимания показался слишком сильным. А для бывшей фотомодели — в самый раз!.. Такие вот странные мысли... Всякие академики по этому поводу разве что посмеялись бы, но у Джинджер не было ученой степени, так что она могла позволить себе думать что угодно. И когда ей хотелось поднять себе настроение, она как бы невзначай прогуливалась мимо Алекса в нижнем белье... или вообще без него... И уходила, согретая ласковым теплом — будто нежная волна прокатывалась от макушки до кончиков пальцев рук и ног. Каким-то неведомым чутьем он узнавал, чего именно ей хочется, смотрел, и просто добродушно улыбался. Она могла касаться его как угодно, без последствий. И в то же время, стоило ей только подумать... Как Алекс тут же обнимал ее, и они оба быстро уносились куда-то далеко и высоко...
Жаль, что скоро нужно будет нанимать домработницу, и днем придется ходить, как положено, в одежде. Но ничего, останутся вечера и ночи. Лишь бы снова не помешали случайные или неслучайные обстоятельства...
Когда после ужина Джинджер и Алекс сидели на диване в гостиной и смотрели местные новости по телевизору, она решила спросить:
