На пороге стоял Лэнсон с пучком белых роз в руках.
Его взгляд сразу же остановился на мне и лишь через секунду переместился на длину моего платья. Я не могла остановить кровь, прилившую к щекам.
— Черт возьми, Хантир, — вздохнул он. — Ты выглядишь… ты выглядишь потрясающе.
— Да, ну, — пробормотала я, глядя на свои ноги, обутые в туфли на тонком каблуке, — платье предоставила академия.
Туфли были неудобными и неестественными. Было бы легко снять их и пройтись по замку босиком, но я все равно засунула ноги в крошечные тюрьмы.
— И все же, — подтолкнул он. — Даже в тренировочной одежде ты была бы самой красивой фейри на сегодняшнем балу.
В его глазах мелькнула эмоция, от которой у меня свело живот.
— Нам лучше идти. — Я сглотнула и повернулась, чтобы закрыть за собой дверь спальни. Перед тем как захлопнуть дверь, я в последний раз осмотрела помещение, обратив внимание на идеально заправленную кровать Вульфа.
Рука Лэнсона тут же обвилась вокруг моей спины. Я напомнила себе, что не должна вздрагивать: он понятия не имел, что скрывается под его рукой.
Никто не знал.
Я в этом убедилась.
Мы шли в комфортной тишине, в конце концов присоединившись к застывшим студентам, ожидающим, когда их пропустят в бальный зал на базовом этаже академии.
И мне совершенно не нравилось, что я нервничаю.
— Разве это не странно? — спросила я у Лэнсона. — Мы должны убивать друг друга, чтобы попасть в Золотой город, а они хотят, чтобы мы пили, танцевали и забыли обо всех своих проблемах на эту ночь.
Лэнсон рассмеялся. — По крайней мере, они предоставляют выпивку, — прошептал он, его дыхание коснулось кончика моего уха.
— Лучше бы оно того стоило, — пробормотала я в ответ, скорее себе, чем ему.
И я говорила серьезно. Самым большим светским мероприятием, которое я посещала в Мидгрейве, было распитие эля в таверне с Румми. Это было вне зоны моего комфорта. Это было совсем не похоже на то, чему меня учили.
Я позволила Лэнсону подвести меня к столу с едой и вином и ничуть не колебалась, когда он протянул мне бокал с красной жидкостью.
— Вот, — сказал он. — Расслабься немного, Хантир. Это должна быть веселая ночь.
Я бросила на него взгляд, закатывая глаза от этой мысли. — Ты действительно думаешь, что кто-то здесь будет веселиться, когда мы должны тренироваться на выживание? Это шоу, шарада. Они хотят водить нас за нос, как марионеток.
— Ты цинична, — ответил он, наклонившись так, чтобы только я могла его слышать. — Но мне это в тебе нравится. Всегда начеку. Всегда настороже.
Я проигнорировала то, как от его слов напряглись мои плечи, и повернулась к Эшлани, которая бежала к нам в белой сверкающей юбке, струящейся вокруг ее лодыжек. — А вот и вы двое! — воскликнула она, разрушив невидимое напряжение, которое, возможно, сохранялось между мной и Лэнсоном. — Я уже начала думать, что вы оба сбежали!
Я сделала долгий глоток своего напитка, позволяя ему обжечь мой желудок, пока я глотала. — Это все еще выглядит неплохим вариантом.
— Это праздник, Хантир! — возразила она. — Не будь такой ворчуньей.
Как бы я ни ненавидела это, она была права. Я обратила внимание на окружающую меня комнату, наполненную всевозможными предметами роскоши и дорогими блюдами, которых я никогда раньше не видела. Скучный, голый бальный зал как-то преобразился, превратив темные стены из дерева и камня в волшебные полотна из мерцающих огней и белых тканей, которые заставляли забыть о том, что ты вообще находился в этом ужасном месте.
— Видишь, — сказал Лэнсон, с ухмылкой наблюдая за мной, — здесь не так уж плохо.
— Отлично, — признала я. — Я постараюсь хорошо провести время, но обещаю, что не буду танцевать. И если кто-нибудь из этих придурков снова попытается меня избить, я уйду.
— Договорились! — пискнула Эшлани, хлопая в ладоши и поднимая очередную чашу с ликером.
Боже, как я ошибалась. Это была выпивка. Это точно, без сомнения, должны были быть напитки. Потому что где-то посреди шепчущего мне на ухо Лэнсона, пополняющего мой бокал, когда он почти пуст, и прекрасной музыки, которая становилась все громче и громче по мере того, как продолжалась ночь, я оказалась на танцполе.
Танцевала и кружилась, как проклятая идиотка.
Как будто мне действительно здесь место. Как будто у меня есть шанс по-настоящему повеселиться.
Сначала я танцевала с Эшлани, позволив ее заливистому смеху и раздражающе заразительной улыбке затащить меня туда против моей воли. Она вцепилась в мои руки, не отпуская, кружила меня, хихикая и откидывая голову назад, пока мы пробирались к центру танцующих фейри.
— Ты улыбаешься, — сказала Эшлани. У меня так закружилась голова, что я подумала, что могу рухнуть прямо здесь. — Я никогда не видела, чтобы ты так улыбалась.
Она была права. Мои щеки начали болеть от этого. — Обычно не так много поводов для улыбки, особенно здесь.
— Всегда что-то есть, — ответила она, обращая внимание на что-то позади меня. — Нужно только поискать.
Я обернулась, ожидая, что Лэнсон будет стоять прямо за моей спиной.
