— Живи пока, — разрешил Алексей, и тотчас упругая сила чуть подтолкнула его в спину.
Он сделал шаг и оказался на поляне. А перед ним, испуганно тараща глаза, стояли его верные друзья.
— Хардар, твоих зоров хватит еще на пару часов? — спросил Алексей.
— Конечно, Лексар, — кивнул уверенно орк, ощупывая его пытливым и слегка удивленным взглядом. Похоже, все, выходившие раньше из этого дупла, выглядели немного не так, как Алексей. — Они слегка отдохнули, пока мы тут бродим, и теперь способны проскакать не только два часа.
— Тогда вперед, а то у нас есть все, кроме времени!
Алексей ощущал легкость, словно не провел в седле много часов, сделав лишь небольшую передышку для общения с обитателем дупла. Они мчались галопом, не особо заботясь о скрытности своего перемещения, поэтому вылетели из леса именно там, где неторопливо брел с удачной охоты небольшой отряд кентавров. Вернее, отряд был в точности такой, какие пытались уничтожить Алексея со спутниками с первого момента их появления в мире таров, — около десятка воинов, вооруженных копьями и луками. Только сейчас Алексей не задумывался об исходе. Меч звездной чернотой полыхнул в его руке, а приученный к бою зор развернулся в самую гущу вражеского отряда. С одной стороны яростно взревел Хардар, со страшным свистом закрутив длинный двуручный меч, с другой ему вторил Зур, примеряющийся, как получше прыгнуть с седла. Чолон и Эйра, не уступая остальным в скорости, разъехались вправо и влево от атакующей троицы и уже вовсю поливали заметавшихся кентавров стрелами. Все закончилось так же стремительно, как и началось. Алексей, не снижая скорости, погнал своего зора дальше. Зур и Хардар с сожалением посмотрели на место скоротечного боя, но со вздохом поспешили нагнать вожака. Конечно, каждый из этих двоих печалился по собственному поводу. Зур заметил среди тел поверженных врагов тушу большого оленя, но не решился ее подобрать, боясь замедлить зора и стать обузой для всего отряда. Орк печалился оттого, что можно было бы посмотреть, нет ли каких-то достойных его коллекции трофеев. Чолон и Эйра, обогнув с двух сторон место боя и даже не собрав свои стрелы, уже поравнялись с Алексеем, лишь удивленно переглянувшись между собой.
— Смотри, Лексар! — указал рукой в небо орк. — Там наблюдатель колдунов. Он охраняет подступы к убежищу. Если заметил нас, ворота запечатают магией.
Послушав опытного орка, Алексей свернул к близкому лесу, а едва только они влетели под кроны деревьев, осадил зора и спешился.
— Магию без Эльви нам не одолеть, — нахмурился он. — Значит, нужно действовать осторожно, но предельно быстро. Зоров можно оставить одних?
— Ты волнуешься, не съедят ли они кого-нибудь после такой скачки, пока мы будем гостить у колдунов? — усмехнулся Хардар, похлопав своего зора по холке. — Могут. Но с ними самими ничего не случится. Не волнуйся еще и за них.
— Дальше идем пешком, — пояснил свой план Алексей. — Ты, Чолон, присматривай за небом и, как только сможешь, достань наблюдателя. Только бей наверняка. Он не должен успеть поднять тревогу. А мы посмотрим и сообразим что-нибудь с ходу.
Никто не возражал, чувствуя, что в господине пробудился тот кураж боя, с которым все становится возможным. Двинулись бегом, выбирая участки леса погуще. Наконец Чолон достиг подходящего места, отыскав в кронах проплешину, и выждал, когда в ее прорези покажется крылатый страж. Тетива хлопнула, посылая тяжелую стрелу к цели, а Зур тотчас сорвался с места, скрываясь в зарослях. Он появился через несколько минут, притащив за крыло пронзенную насквозь тварь, напоминающую крылатую обезьяну.
Понимая, что пропажа наблюдателя тоже может насторожить врага, они со всех ног помчались к близким уже стенам «монастыря». Алексей на бегу отдал оборотню распоряжение, и тот легко оторвался от основного отряда, стремительно трансформируясь. Стены были сложены из огромных камней, поэтому походили на крепостные, но отличались тем, что камни были обработаны слишком грубо, и кладка имела много выступов и выемок, так что на нее можно было забраться даже без лестницы. Поэтому трансформировавшемуся оборотню не составило труда взлететь на гребень стены, цепляясь за щели или выпирающие углы. Через мгновение он уже скрылся за стеной. Остальные, преодолев луг, отделяющий стены убежища от леса, вжались в камень, стараясь стать как можно неприметнее. Минуты тянулись нескончаемо долго, но вот ворота едва слышно скрипнули и приоткрылись. Алексей первым метнулся внутрь, сжимая верный меч. Но рубиться пока было не с кем — внутренняя охрана ворот лежала у стены с разорванными глотками. «Монастырь» казался вымершим, и только откуда-то из глубины доносилось завывание — то ли коллективные рыдания, то ли тоскливое пение.
