Леон смотрел на Тиану, как на идиотку. Хотя, кажется, идиотом тут был как раз он сам.
— Я не понял. Тэмир что, жив?
Ноа счастливо смеялась. Рядом с ней Лэмир молодел день ото дня, и волшебница жалела лишь об одном — о годах, потерянных в ненависти и злобе. Всё можно было сделать иначе! Но что теперь жалеть об этом? Нужно наслаждаться тем, что есть.
Король нашёл её, практически мёртвую, и привёл в чувства до прихода целителей. В тот вечер он признался, что, несмотря на наложенное ею заклятие, он не переставал любить свою Ноа ни на одну секунду в течение трёх тысяч лет! Король был очень слаб и то и дело замирал так, что Ноа стала переживать за его жизнь. В итоге он свалился ей на руки, и она, прислонившись спиной к дереву, так и уснула, держа его голову у себя на коленях.
На следующее утро Лэмир проснулся рано, но ничего не помнил. Не про вчерашнее, а вообще! Чистый лист вместо памяти. Ноа попробовала рассказать ему правду, но король лишь смотрел на неё влюблёнными глазами, тихо повторял имена, словно пробуя их на вкус, но только качал головой и снова пялился на волшебницу мутными расширенными зрачками. Когда-то этот волшебник был прекрасен, однако теперь…
Не обращая внимания на восстанавливающих её жильё гномов, Ноа провела ритуал по снятию очарования. Ей пришлось постараться, потому что основная её сила копилась в доме, который сейчас был развалинами, и магия клочьями летала в пространстве. Наловив несколько обрывков магии, Ноа произнесла заклинание, и вдруг король показался ей более молодым и не таким уж уродом — что-то даже приятное проскользнуло в его лице. Она набрала ещё немного клочков, собрала их в одно и опустила на бывшего возлюбленного с новым заклинанием. Король лишь икнул, опять слегка помолодел и продолжил мечтательно глазеть на неё.
Он так и не вспомнил о себе ничего, зато прекрасно осознавал, что влюблён в эту женщину. И когда пришли юноши, сказали, что они его сын и племянник, Лэмир с надеждой посмотрел на Ноа, желая услышать, что этот прекрасный взрослый мальчик — их сын! Но она лишь печально покачала головой. Видар сник. Ему твердили, что он — король и должен вернуться на престол, но маг обнял любимую и сказал:
— Я счастлив здесь. Зачем мне что-то ещё? Ты уже достаточно взрослый и умный, сын мой. Думаю, ты справишься и без меня. Тем более, я не помню и не знаю ничего, кроме любви к этой женщине.
Намир успокоился относительно отца — тот не вспомнил, как это — передать свою магию правителя. Да, наверное, это больше и не в его власти. Но вот Тэмир мог бы. И если король жив, это значит… Значит, он тоже жив, просто… Просто, как и отец, он ничего не помнит!
Кил посматривал на парня, который так внезапно прибился к нему. Было в нём что-то знакомое, как будто из прошлой жизни. Что-то важное, из-за чего жизнь мужчины резко пошла не в ту сторону. Что-то пробивалось в его сознании, но потом снова уплывало, стоило очередной порции алкоголя влиться в его организм.
Если честно, он не помнил, как и почему мальчишка появился в его квартире. И когда, а главное — зачем он притащил его к себе? Кил только спросил однажды:
— Как звать?
— Аметист Рубин, — ответил парень.
И больше Кил ни о чём его не спрашивал. Пацан работал официантом в какой-то забегаловке. Вместе с ним в доме появились продукты, а не только спиртное. Парень привёл его квартиру в относительный порядок и уже дважды заплатил за него. Выгодный оказался квартирант!
Но иногда, вот в такие минуты недолгого отрезвления Килу казалось, что этот Аметист прибился к нему не просто так — что-то кому-то из них нужно!
— Рубин, а где твои родственники? Почему ты не живёшь с ними? — спросил Кил.
— Я — приютский. Нет у меня родни, — тихо ответил Рубин. — Поэтому, дядя Кил, не гони меня. Я рядом с тобой чувствую себя, как дома.
— Рубин, — задумался дракон. — Имя такое знакомое. Хотя и не совсем. А как и где мы с тобой познакомились?
— В моём баре. Ну, где я работаю, — уточнил парень, увидев недоумённый взгляд. — Вы прочитали, как меня зовут и стали рассказывать, что у Вас была приёмная дочь, Рубин. Но Вам пришлось бросить девочку, поэтому Вы чувствуете себя очень виноватым. И Вы стали звать меня к себе жить. А у меня как раз с квартирой проблемы были. Я в подсобке жил, но хозяину это не нравилось. Вот я и согласился.
— Жалеешь теперь, поди? — хмуро бросил дракон, понимая, как много он рассказал про себя парню. Зачем? Только потому, что у него и его приёмыша одинаковые имена?
— Нет, что Вы. Я рад, что познакомился с Вами, — очень уверенно ответил ему парень. Слишком уверенно, чтобы быть правдой.
— Эх, парень, знал бы ты, кто я на самом деле! — решил припугнуть Кил гостя.
— А кто Вы? — сразу заинтересовался тот.
— А ты сам что, не видишь? — Кил располовинил глаза зрачками, показывая юному магу свою сущность.
Но пацан продолжал смотреть на него так, словно ничего не произошло. Он что, ошибся? Мальчишка не маг? Или он — человеческий маг, который смотрит, но не видит? Кил хлебнул прямо из горлышко обжигающе-вонючую жидкость, сказал парню: