— Так в охотничьем доме. Сир Герат-то, если на охоту собирается, всегда из замка и ездит. А домик стоит, я там порядок держу как положено. Охотники, что приезжали, там и жили всегда, — объяснил егерь.
— Давай проедемся туда, посмотрим, что успели мои предшественники.
Мы двинулись обратно в деревню, а Астарта спросила:
«Нет, хочу увидеть область, где всё это происходит. Я не собираюсь всерьёз заниматься этим делом. Просто развлечение, а то в замке сидеть тоскливо.»
Демонесса насмешливо хмыкнула:
Улыбаюсь:
«Я не отрицаю, что мне интересно. Но давай посмотрим на это здраво. Думаешь я, даже с твоей неоценимой помощью, сделаю то, что не смогли сделать до меня те, кто этим занимается по долгу службы?»
От демона пришёл азарт.
Мы вышли обратно в деревню и, забрав лошадей, поскакали. Хус, как ни странно, держался в седле похуже меня ещё, а я всадник откровенно аховый.
«У меня было сложное детство» — привёл я первую же отговорку.
«
«Я не знаю, Астарта. Найдёшь правдоподобную теорию — с удовольствием её послушаю».
На этом разговор затих. Временно. Я уверен, Астарта к нему ещё вернётся.
Домик охотников оказался натуральным домищем. Большой добротный бревенчатый дом, стоявший у самой окраины леса, навевал чувство уюта и тепла. Идеально он бы смотрелся зимой, когда вокруг по колено снега, а он стоит такой, светит окнами. Но и сейчас мне здесь понравилось сразу. Небольшое озерцо рядом, своя конюшня, пустая, конечно. Но воды и пожевать какой-то травы Хус нашим лошадкам организовал.
В доме, помимо большой комнаты-залы, в которую попадаешь с входа, было ещё три спальни, трофейная комната, оружейная, кухня и кубрик, где жил егерь. Хус не соврал, здесь всё поддерживалось в порядке и чистоте.
— Я сам, конечно, со всем хозяйством этим бы не сладил. Жёнушка знакомца моего с дочерями раз в неделю приходят, убирают все. А я им мяса да шкурок иногда, — рассказывал егерь, растапливая огонь в печи.
— Зачем топишь? — спросил, — Мы ненадолго, да и здесь не холодно.
— Ночи холодные, сир, — улыбнулся мужик. — И я же вас знаю. Пока все не посмотрите — не успокоитесь. А это точно до утра самого. Но вы не беспокойтесь, сир. Я и чайку травяного сделаю, и поесть придумаю.
Обойдя большой невысокий стол, на котором наверняка и раскладывали все карты, или что там у них было, я глянул на Хуса. Кажется, для него вся эта история… личная?
Растопив печь, он начал шариться в одной из спален.
— Всё здесь. Я всё аккуратно храню, да. Сейчас, всё принесу.
Материалов оказалось… у меня на языке крутились в основном ругательства. Много. Очень много. Неприлично много. Помимо карт, пестривших пометками и мелкими записями, было несколько обширных дневников, куда мои предшественники старательно фиксировали все, что считали важным. Было и множество книг, странно, что оставленных здесь. Были здесь справочники со всеми возможными известными хищниками, животными и растениями. А также справочники по различным феноменам, в которых охотники искали совпадение с тем, что видели здесь. Нда, материалов действительно хватит до утра.
— А вот здесь ещё… — Хус, смущённо поскоблив ногтем щетину, принёс ещё пару карт. — Это уже я сам составлял, такие же карты. Ну, где эти пятна крови находил и люди пропадали. Уже после того, как последние охотники ушли. Думал, может, пригодится, вот.
Я прошёлся взглядом по картам и внимательно так посмотрел на мужика.
— Хус. Скажи-ка мне, друг егерь. А почему ты так всем этим занимаешься? Почему для тебя это так важно?
Он вздохнул, опустив взгляд к полу.
