Концовка не заставила себя долго ждать. Убийца метнулся вперёд. Он двигался смазанной тенью, чем напоминал тварей Нижнего Города. Напоминал демонов… Подозрительно напоминал демонов. Жертвы не успели среагировать, лишь один развернулся в сторону приближавшейся тени. Пять быстрых выверенных ударов, один за другим. Пять смертельных ударов. Пять мертвецов падает на пол.
А затем убийца вогнал острие клинка в собственную грудь.
И не умер.
Нечто тёмное, едва видимое, почти неуловимое, поднявшееся над телами жертв, устремилось к убийце. Кажется, он стал ещё бледнее, а тело ещё сжалось, подтянулось, налилось силой.
— Чтобы освободить место для энергии чужих жизней, надо всего лишь отдать свою, — с иронией продолжил синий.
Морок пропал, мы вновь вернулись в мою камеру.
— Ты так хочешь найти силу, чтобы бросить мне вызов? Сократить хоть немного ту пропасть, которая нас разделяет? — всё с той же иронией продолжил синий. — Вот он, твой шанс.
Ещё движение рукой, и возникает новая иллюзия. День сегодняшний. Серсея была права, Боярская, Минакуро, они здесь. И ещё двое. Лок и Харон. Мне неизвестные, но причина их присутствия очевидна. Я вытянул выигрышный билет в лотерею неудачников, два рода основателей захотели достать мою шкурку, отделённую от тела. Но я могу собой гордиться. Моим врагам приходится объединяться и плести против меня интриги, чтобы хоть как-то достать. Отличное достижение для моего возраста. Четверо взрослых, дяденьки и тётеньки собрались вместе, чтобы придумать, как свернуть шею такому нехорошему мне.
— Убей их, — закончил синий. — Забери их силу вместе с жизнью. Они станут отличной жертвой. Не самой ценной, какую можно найти в этом городе, но весомой.
Его голос начал звучать так, будто он зло улыбался. Будто его распирало от злой иронии.
— Давай, мой верный слуга! Я дам тебе то, чего ты так жаждешь. Дам тебе источник безграничной силы, могущества, власти! — наклонился вперёд, громко прошептав. — А в обмен заберу у тебя всё! Всё, что ты ценишь в жизни. Всё и всех! Ты справишься! Я знаю, что выкарабкаешься. По трупам, подставляя других, но выкарабкаешься. Выкарабкаешься, но от клейма убийцы не избавишься никогда. Ты мог бы просто выполнить то, что я от тебя хотел. Но тебе нужно больше. Получай!
Я стоял в напряжении, глядя на сошедшего с ума чужака.
— Меня убьют ещё до того, как я дойду до них, — возразил.
И услышал в ответ смех.
— Может быть. А может, и нет. Момент идеален! Сильные бойцы отправились в армию. Да и среди Боярских не так много тех, кто действительно хочет тебе мстить. Этот идиот-доктор там один, и он никакой боец, как и дурочка-мамаша. Лок и Харон, посильнее, конечно. Скажу по секрету, это именно я подсказал Локу, в какую сторону надо разматывать ниточку, чтобы найти убийц его родственников. О мотивации Харона можешь догадаться сам. Они не ждут нападения. В их маленьких головках даже не возникает мысли о том, что ты решишься на превентивный удар. В этом вся прелесть! Никакой охраны! Тебя никто не ждёт! Приходи и бери.
Иллюзия исчезла.
— Действуй! Прямо! Сейчас!
— А если… — собирался я возразить.
— Заткнись и слушай! У тебя нет выбора, — заткнул меня синий, показав новую иллюзию, с Соней. — Подчиняйся. Или она умрёт. Или…
Возникла ещё одна картинка. С Олимпией.
— Они обе, — заключил синий. — Я не оставляю тебе выбора. У тебя его не было с того момента, как ты ступил в Нижний Город вслед за толстым неудачником. Поэтому… Поехали…
Всё ещё серый мир ожил. А я, наоборот, потерял возможность двигаться. Без звука открылась дверь. Мир напоминал сон, всё отдавало ощущением нереальности. В камеру входит сотрудница юстициариума. Девушка. Нет форменного пиджака с гербом, только блузка. Она несёт в руках поднос с ужином, которого я не просил.
Время замирает.
— А это чтобы тебя лучше мотивировать, — приговором прозвучали слова синего.
В его руке появился коготь.
— Для многих смерть — это конец, — сообщает он.
Кажется, девушка ничего не понимает. Не осознаёт. Для неё время не движется. Она смотрит мимо меня, видя то, чего нет. И не видя того, что реально. Сжимающая коготь рука небрежно двигается по спине девушки, обходит плечо, грудь. Лезвие, приближаясь к коже, натягивает ткань, очерчивая грудь.
Секунда, и нож погружается в податливую плоть без всякого сопротивления, безошибочно находя сердце.
— Но для некоторых смерть…
Синий высвобождает нож, однако девушка остаётся стоять. Даже крови почти нет, лишь несколько капель остаётся на острие. Синий подошёл ко мне и, заглянув мне в глаза, медленно всадил клинок в мою грудь.
— Это только начало…
Когда мир ожил, на пол камеры упали двое. Упали молча. Двое вздрагивали в агонии. Два пятна крови растекались по камню. Два тела затихли.
После чего один встал.
