− Мне не удержаться, когда ты мокрая. − сказал Хингрис.
Иммара вышла на берег, опустила его, отошла в сторону и вернулась назад.
− Забирайся, Хин.
− А… Ты уже высохла? − удивился он.
− С помощью телепортации я могу сбросить с себя все лишнее. − ответила Иммара. − И воду с шерсти тоже.
Хингрис забрался на нее. Иммара снова поднялась и пошла вдоль берега. Через некоторое время она снова зашла в воду, когда к самому берегу подошли деревья и кусты и вновь она шла вдоль реки по ее течению.
− А куда мы идем? − спросил Хин.
− Никуда. Просто гуляем. − ответила Иммара.
− Мне же потребуется вернуться на челнок.
− Я попрошу Флирка, он перенесет тебя.
− Он же неизвестно где и как далеко. − сказал Хингрис.
− Вот смешной. Мне хватит доли секунды что бы перелететь к нему.
− Перелететь?
− Ну, телепортироваться. Мы не применяем этого слова, а говорим о перелетах. Мы не можем двигаться быстрее света во время телепортации.
− А как вы проходите сквозь стены?
− В эти моменты мы не такие как сейчас. В том виде мы можем пройти и сквозь гору. Преград почти не существует. Есть только особые, использующие особые комбинации полей. Не спрашивай меня каких. Это такие дебри, что я не смогу объяснить.
− И вы можете лететь так через космос?
− Да. Именно так мы и перелетаем на корабль и обратно.
− И находясь в космосе ты не погибнешь?
− Если я окажусь там такой как сейчас, то погибну. А в моменты телепортации нет.
− И вы можете улететь так к другой звезде?
− В принципе можем. Только никто не станет летать так, когда есть корабли со сверхдрайвами и клирнаками.
− И вы строили свои корабли?
− Мы ничего не строили. Жили в лесах, в пещерах, нам незачем было что-то строить.
− Почему? Вы хе хотели жить в комфорте?
− Каком? В городах как у людей? Или в домах, в которых ничего нет кроме четырех убогих стен? Нет, Хин. Ничто не может сравниться с комфортом самой природы. Посмотри вокруг. Лес, вода, небо. Всякие птицы, животные. Вот настоящая красота и комфорт. Я скорее соглашусь жить в пещере, чем во дворце вашей Королевы. Тем более, что там мне негде и развернуться.
− Значит, для вас не имеет ценности золото, например.
− Нет, Хин. Золото это простой металл и ничего больше. Такое же как железо или алюминий. От того что его меньше в природе ничего не меняется. Нам оно ни к чему. И красоты мы в нем не видим, как люди. Вся красота в жизни. Любое животное неповторимо. А золото это набор одинаковых атомов и больше ничего.
− А украшения, ювелирные изделия?
− Они тоже не на много дороже. Их красота только на поверхности. А внутри те же одноцветные атомы.
− Значит, сплавы для вас дороже чем отдельные компоненты?
− Не надо утрировать мои слова. Один атом два разных атома. Почти одно и то же. Я возьми самую простую, самую пустяковую живую тварь, посмотри на нее и ты увидишь такое соцветие, какого нет ни в каких ваших золотых или еще каких-то украшениях.
− Тогда, почему ты ешь их?
− Ну ем, значит ем. Таков закон природы. От этого красота не убавляется. Я съем одного, родится другой. На то она и природа. В ней все меняется. И все развивается по законам, которые никто не нарушал миллионы лет. Если не считать самых зловредных нарушителей законов.
− Кого?
− Тех, которые без крыльев и ходят на задних лапах. − прорычала Иммара.
− Теперь, тебе осталось сказать, что всех людей надо убить. − сказал Хингрис.
− Эта идея может прийти в головы только злостному нарушителю законов природы. − ответила Иммара. − Нельзя убить всех. Но все люди являются частью природы и от того что кого-то мы съели ничего не изменилось.
− Тогда, ничего не изменится, если и кого-то из крыльвов съедят. − ответил Хингрис.
− Смотри, какой умный попался. − произнесла Иммара. − Если кого-то из крыльвов съедят, ничего не изменится. Но изменится, если кто-то решит убить всех до одного. Люди имеют разум от природы и им следует понять, что нельзя убивать всех. Убивая всех ты нарушаешь баланс, после чего все начинает рушиться. Убей всех хищников и начныт плодиться больные животные. Они заразят здоровых и в концов концов все погибнут. Это примерная схема. В действительности все сложнее. У природы есть механизмы самовосстановления, но они не всесильны. Природа это подобие живого организма. Возьми любого зверя и удали ему что нибудь. Ну, скажем лапу, хвост, он еще стерпит. Останется живым, но будет калекой. Вырви зубы у хищника и он умрет с голода. Так и у природы. Можно что-то делать, но нельзя нарушать баланс глобально.
− Тебе только лекции по экологии читать в университетах. − сказал Хингрис.
− А что? Это вполне возможно. Знаешь, чем отличается отдельный акт действия охотника от глобальных действий военных?
− Чем?
− Случайностью. Вот смотри, видишь, плывет крокодил. Если он вздумает повернуть ко мне, я его съем, а если нет, он вылезет на берег и останется жив. А если бы вместо меня был бы военный, он убил бы его в любом случае.
− Почему? Военному незачем убивать крокодила.
− Я говорю фигурально. Если крокодил его враг, то он убил бы его. Видишь, он вылез на берег? И все. Мы пройдем мимо и ничего не будем делать.
