Прибывшая в город на кораблях 79-я бригада контратаковала, продвинулась на километр- полтора, и... завязла. Противник успел подтянуть резервы. День-два под Севастополем длилось неустойчивое равновесие, а затем...
Да, как ни странно, несмотря на получение подкреплений, севастопольская оборона вновь покатилась назад. Не так быстро, как в первые три дня, но советские части неуклонно отступали, пятясь к Северной бухте.
В чем же дело? Отчасти, в этом виновата и сама Ставка. Телеграмма Г.В.Жукова в Ставку имела сразу несколько последствий. Первое, и самое главное, Севастополь был спасен, получены подкрепления и боезапас, но... Если раньше Севастопольский оборонительный район подчинялся Ставке напрямую, то, согласно директиве, с 20-го декабря 1941г. он переходил в подчинение Закавказскому фронту. Поскольку командующий флотом являлся одновременно командующим СОР, то соответственно и ЧФ как бы подчинялся командованию фронтом. Такое "понижение" вызвало бурную реакцию у флотского командования и в Наркомате ВМФ. Именно это решение послужило причиной нового витка кабинетной борьбы. Командование флотом, при негласной поддержке НК ВМФ, откровенно саботировало приказы фронта.
А командование фронтом, со своей стороны, поспешило воспользоваться сложившейся ситуацией и подчинить себе флот. На самом деле, менять командующего, в самый разгар штурма, вряд ли было разумно. С другой стороны, то, что Севастополь уже на второй день штурма, запросил помощи, говорит о том, что оборона была подготовлена очень плохо. Так что, в решении Ставки есть серьезная мотивация.
Прибытие генерала Черняка, который попытался подчинить себе все силы, обороняющие Севастополь, совершенно не устраивало командование флотом. С другой стороны, в Приморской армии новым назначением оказались так же недовольны. Новый командующий оказался между двух огней, и продержался недолго.
Еще одним последствием телеграммы в Ставку стало возвращение командующего флотом в Севастополь, совершенно не отвечавшее интересам Ф.С. Октябрьского. Поэтому, сам Г.В. Жуков, после прибытия Ф.С.Октябрьского, от командования негласно отстраняется, а затем и переводится на другую должность, в тыл.
Сейчас генерал-лейтенанта Черняка выставляют неграмотным выскочкой, но это совсем не так. Просто он не "вписался" в интересы большинства командиров СОР. Г.И. Ванеев пишет: "Замена командующего для Военного совета флота и Военного совета Приморской армии была неожиданной". В таком случае как понимать слова из телеграммы Г.В.Жукова, который руководил обороной СОР до прибытия Ф.С. Октябрьского в Севастополь: " ...просим прислать крепкого общевойскового командира для руководства обороной... "?
Эти слова Ставкой были исполнены в точности, и говорить, что прибытие Героя Советского Союза генерал - лейтенанта Черняка в Севастополь было неожиданностью, нелепо. Из воспоминаний: "Петров и Крылов прилегли отдохнуть. Без какого-либо предуведомления в комнату дежурного вошел генерал-лейтенант с Золотой Звездой Героя Советского Союза на кителе. Строго, как будто бы строгость подкрепляла авторитет его звания, спросил:
-- Кто вы такой? Ковтун представился.
-- Я -- Черняк! -- объявил вошедший. -- Генерал-лейтенант, Герой Советского Союза! Назначен командармом! Штаб армии поставлен об этом в известность? Ковтун не только удивился, но даже и растерялся.
-- Нам об этом ничего не известно! -- ответил он. Надо было бы немедленно разбудить Крылова или Петрова. Но Черняк предупредил его вопросом:
-- Где Петров?
-- Спит! Он только что прилег!
-- Пусть отдохнет! Пусть доберет отдыха последние минутки! Завтра некогда будет отдыхать. Что у вас за карта? Ковтун наносил последние данные обстановки. Он невольно заслонил карту, но Черняк не обратил на это внимание.
-- Оборона? -- спросил он. -- А вы, майор, академию кончали?
-- Нет! -- ответил Ковтун, все еще не зная, что ему делать с незнакомым генералом, сомневаясь, не делает ли он служебного преступления, продолжая с ним разговор над картой.
-- Сразу видно, что академии не кончали! -- продолжал Черняк. -- Кто же теперь так делает соотношение сил? Надо сопоставлять количество дивизий, а не батальонов. Вы работаете, как при Кутузове. Звание прибывшего не разрешало дерзость, хотя его замечание обличало полное непонимание происходящего.
-- У вас столько дивизий, а вы не можете удержать рубеж обороны! Нет наступательного порыва! Но я вас расшевелю! Ковтун не выдержал:
-- Нельзя же наши дивизии равнять с немецкими. У них полные полки трехбатальонного состава, а у нас половина полков -- двухбатальонного! Да и батальоны неполные... А еще и отдельные подразделения.
-- А вы, майор, не умеете слушать старших! Вас, как начальника оперотряда, прошу немедленно подготовить доклад о состоянии армии.
Ковтун разбудил Петрова и Крылова. Черняк предъявил Петрову приказ, подписанный командующим фронтом.
