Крым под оккупацией полностью

В период с июля по октябрь 1942 г. организацией снабжения и руководством партизанским движением занимался, по-прежнему, обком ВКП(б), не имевший ни ресурсов, ни средств доставки, ни достаточных возможностей оперативного управления партизанскими силами на полуострове. В этом он напрямую зависел от решений военного командования, которое использовало сложившуюся ситуацию в своих интересах. В.С. Булатов был вынужден просить ВС СКФ выделить необходимое количество самолетов для заброски продовольствия и обмундирования в запас и выделить для партизан возможное количество автоматов, противотанковых ружей, противотанковых и ручных гранат[426]. А также «…просить ВС СКФ дать указание разведотделу фронта временно, впредь до установления своей связи с партизанами, держать связь ОК ВКП(б) с партизанами, ибо при теперешних условиях Крымский ОК ВКП(б) лишен возможности руководить партизанским движением, что решением ЦК ВКП(б) возложено на местные партийные органы. В целях ликвидации двойственного положения в руководстве партизанами просить ВС СКФ, по примеру других фронтов, создать при Военном Совете оперативную группу по руководству партизанским движением в Крыму, включив в нее представителя Крымского обкома ВКП(б) и НКВД Крыма»[427].

Резолюция на документе: «Все это выдуманная ложь, так как партизан Крыма не было и нет, есть остатки воинских частей, которые действуют партизанскими методами. Мокроусов и обком (Булатов) принимают все меры, чтобы разложить эти остатки воинских частей. С. Буденный. 18 июля 1942 г.»[428].

Совершенно очевидно, что вокруг партизан Крыма, сражавшихся в отчаянных условиях, голодающих и ослабленных, сложилась совершенно нездоровая обстановка. Разменной монетой в этой борьбе стали и межнациональные отношения.

Получая однобокую информацию от «армейских» партизанских отрядов, у большинства из которых изначально возникли крайне сложные взаимоотношения с местным населением из-за «экспроприаций» продовольствия, армейское командование допустило серьезные ошибки. Позиция военных была однозначной: все местное население – предатели. Свои неудачи, бездействие и ограбление местного населения отдельные командиры списали на предательство татар. Эту же причину командование 48-й КД указывало в качестве оправдания по вопросу невыполнения приказа об отходе дивизии на Севастополь в ноябре 1941 г.

При этом военные, особенно командование 48-й КД не стеснялись искажать факты.

ИЗ ДОКЛАДНОЙ ЗАПИСКИ Б.Н. КВАШНЕВА НАЧАЛЬНИКУ ОТДЕЛА КАДРОВ ВОЙСКОВОЙ ЧАСТИ № 00125 2 ноября 1942 г.

Отношение татар горной части Крыма к партизанам исключительно враждебное. В лице татар оккупанты имеют активную поддержку в борьбе с нами. Создав в населенных пунктах добровольческие отряды, немцы этим самым в период боев на Керченском и Севастопольском участках фронта высвободили большое количество своих войск, которые должны были бы в иной обстановке составлять гарнизон для охраны тыла. Эти новоявленные «арийцы» оправдали оказанное им доверие фашистов. Будучи прекрасно вооружены (минометами, пулеметами, автоматами), татары активизировали свои действия как против партизан, так и против незначительной части населения, преданной советской власти. В населенных пунктах горной части построены ДОТы, и партизан встречали пулеметным и минометным огнем. Местные татары и частично русские в первые два месяца из отрядов дезертировали и большинство из них стали на путь предательства»[429].