Первым вошел генерал-фельдмаршал Кейтель, который смертельно боялся фюрера, открыто холуйствовал перед ним, за что в своем окружении получил кличку "Лакейтель". Вслед за главой ОКВ вошел седоватый человек в черном военно-морском мундире. Вильгельм Канарис, глава военной разведки. За привычку смотреть на собеседника искоса, слегка наклонив голову с расчесанными редкими волосами, он получил кличку "Кикер" - "Подсматривающий". Фюрер вспомнил, что ему уже не раз докладывали о том, что адмирал не только "подсматривает", но и заглядывает не туда, куда нужно. К тому же он имел подозрительные контакты с кругами, близкими к Британии. Хорошо, что у фюрера есть люди, которые, в свою очередь, приглядываю за адмиралом и его командой. Вот и тот, кто руководит этими людьми - молодой, крепкий и энергичный обергруппенфюрер СС Рейнгард Гейдрих. Правда, ходили слухе о не совсем арийском происхождении Гейдриха, но о ком только завистники не распускают слухи...
Выстроившись в ряд перед фюрером, как нашкодившие школьники перед грозным учителем, адмирал, фельдмаршал и обергруппенфюрер ждали, с кого из них Гитлер начнет экзекуцию. Первым оказался глава ОКВ.
- Кейтель, что с 11-й армией! - Где генерал Манштейн! - задал фюрер генерал-фельдмаршалу самые неприятный для всех присутствующих вопрос.
- Мой фюрер, - Кейтель так разволновался, что выронил из своей глазницы монокль, - по последним данным нашей разведки, остатки войск 11-й армии после героического сопротивления почти полностью погибли. Количество вырвавшихся из Крыма солдат и офицеров вермахта ничтожно. Генерал Эрих фон Манштейн, по всей видимости, попал в плен...
- Что вы сказали, Кейтель! - фюрер подскочил к генерал-фельдмаршалу, и схватил его воротник мундира. Испуганный Кейтель, снова уронил монокль. Со стороны это, наверное, смотрелось даже смешно - невысокого роста фюрер, трясет, как бульдог тапок, длинного и физически крепкого Кейтеля, который от ужаса закатил глаза и побледнел, как покойник. Еще немного, и генерал-фельдмаршал хлопнулся бы в обморок. - Кейтель, как вы могли допустить, чтобы столько доблестных воинов Рейха оказались в ловушке! Что вы сделали для их спасения?!
- Мой фюрер, ситуация в Крыму развивалась стремительно, и мы практически были лишены возможности сделать что-либо для спасения 11-й армии. Во-первых, этот десант, высаженный в Керчи и Феодосии... И этот преступный, если не сказать больше, приказ командующего 42-м армейским корпусом...
- Да, я уже знаю об этом, граф Шпонек, приказавший отступить 46-й дивизии с Керченского полуострова, и тем самым положивший начало неудач, которые закончились катастрофой 11-й армии, арестован по моему приказу и вскоре он предстанет перед судом... Кстати, Гейдрих, вы не проверили - действовал ли этот подлец Шпонек по собственной инициативе, или за ним стояли лица, которые сознательно ведут дело к военному поражению вермахта?
- Мой фюрер, - неожиданно тонким, почти женским голосом, ответил глава РСХА, - мы работаем с бывшим командующим 42-м армейским корпусом. В свете некоторых странных событий, произошедших во время катастрофических для 11-й армии событий, у нас появились основания предполагать, что в немалой степени они были обязаны предательству некоторых высокопоставленных чинов вермахта.
Гитлер, услышав эти слова, подпрыгнул на месте, и, брызгая слюной, бросился к Кейтелю. Тот в испуге шарахнулся в сторону.
- Дерьмо! - Заорал фюрер, - вы недостойны командовать моими храбрыми солдатами! Вы, чей кругозор не шире отверстия в унитазе, сейчас докатились до предательства! Гейдрих, проведите тщательную проверку всех фактов, которые могли бы вызвать подозрение о сотрудничестве с противником командиров любого ранга, и через неделю доложите мне о результатах проверки.
- Яволь, мой фюрер, - ответил Гейдрих, и вытянувшись в струнку, щелкнул каблуками своих начищенных сапог.
- Кейтель, так вы мне скажете - что же произошло в Крыму, и почему, так удачно начавшаяся операция по полному очищению полуострова от противника, закончилась так печально?
- Мой фюрер, все началось с высадки крупных сил противника в Евпатории. Точнее, с появления в Черном море, накануне этой высадки, русского военно-морского соединения, в составе которого был авианосец. Именно с этого момента события начали приобретать катастрофический для нас оборот.
- Канарис, откуда появилось это чертово соединение, и этот авианосец? Ведь, насколько я помню, у русских нет кораблей этого класса... Более того, всего три страны в мире способны строить авианосцы, всего три! Это наши союзники - японцы, и проклятые лаймиз и янки. Не будем подозревать нашего доброго союзника в том, что он помогает большевикам, англичанам сейчас тоже не до подарков Кремлю... Адмирал, поднимите на ноги всю свою агентуру и выясните, нет ли в этом деле американского следа.
- Мой фюрер, - адмирал Канарис почтительно склонил голову перед Гитлером, - по нашим данным у русских на Черном море есть значительные военно-морские силы, но авианосца в их составе до самого последнего времени не было, это точно.
