Сцепка из двух мощных паровозов, отбрасывая в небо клубы густого угольного дыма, с натугой втягивает на станцию сверхдлинный по здешним временам состав – 65 вагонов. Танковый батальон первым отбыл из Краматорска и первым же прибывает в Кубинку. Танки на платформах с повернутыми назад башнями затянуты в белёные брезентовые чехлы. Для искажения формы под чехлами тюки соломы. В начале, середине и конце состава стоят расчехлённые и приведенные в боевое положение "Панцири". Я уже знаю, что в Воронеже состав попал под бомбёжку, но этот налёт дорого обошелся асам Геринга. Обожжённые, покрытые волдырями вздувшейся от жара краски, пусковые трубы зенитных ракет говорят о том, что дело было горячим. Пыхая паром, паровозы подтянули состав к разгрузочной рампе. Последнее усилие – и всё, эшелон на месте...
Вместе со мной батальон майора Деревянко встречает целая комиссия во главе с начальником 22-го полигона автобронетанкового управления РККА генерал-майором танковых войск Иваном Константиновичем Романовым. Кроме начальника главного танкового полигона страны, присутствует целое созвездие конструкторов, составляющих элиту советской военно-технической мысли. Рядом со мной стоят самые знаменитые в своих областях танкостроители. Конструктор танка Т-34 Александр Александрович Морозов. Конструктор лёгких танков Т-60 и Т-70 Николай Александрович Астров. Конструктор множества пушек разных типов, в том числе и танковых, Василий Гаврилович Грабин. Отцы танкового дизеля В-2 Тимофей Петрович Чупахин и Иван Яковлевич Трашутин. Отдалённые потомки их изделия, между прочим, установлены и на наших Т-72. Здесь же Николай Фёдорович Шашмурин, человек, который "вылечил" наши тяжёлые танки от их главной болезни – ненадёжной коробки передач.
Вчера вечером, перед выездом нашей команды на полигон товарищ Сталин собрал всех нас в Кремле, чтобы как он выразился, придать общее и конструктивное направление нашей работе. На встрече присутствовал и товарищ Берия, который, между прочим, по линии ЦК курировал всю военную промышленность. Должен сказать, что товарищ Сталин, прежде чем дать кому-то поручение, сам старался досконально разобраться в вопросе. Благодаря доставленной нами литературе из будущего разбираться в некоторых вопросах он иногда стал значительно лучше, чем признанные корифеи.
Первым делом собравшимся был показан короткий пятнадцатиминутный фильм "Разгром панцеркампфгруппы Гудериана под Чаплинкой". Нет, конечно, ещё раньше товарищи инженер-генералы дали соответствующие расписки в "соблюдении и неразглашении", тут и к гадалке не ходи. Хотя, пусть эти люди занимались и не атомным проектом, но всё равно, они были носителями такого количества государственных и военных секретов, что одним больше, одним меньше – это уже никакой роли не играло.
А вот вам, товарищи, за компанию ещё один секрет, особой важности, поскольку без этого вы не сумеете правильно оценить и использовать полученную информацию. А задача стояла, – ни много, ни мало, – не снижая ни выпуска танков, ни выпуска пушек, ни выпуска двигателей, поэтапно внести такие изменения в их конструкцию, чтобы наши танковые войска всё время на один шаг качественно превосходили немецкие панцерваффе. Не должна была повториться ситуация 1943 года нашей истории, когда советские танкисты оказались не готовы не только к встрече с "Тиграми", "Пантерами" и "Фердинандами", но и с модернизированными танками PzKpfw-III с длинноствольной 50-мм пушкой, PzKpfw-IV с длинноствольной 75-мм пушкой и самоходками Stug-III, а также САУ "Мардер". Тогда только мужество советских танкистов и большие потери, понесённые ими в самоубийственных атаках, позволили переломить ситуацию на Курской дуге в нашу пользу. Сейчас такого не должно повториться – хребет немецкой танковой армады надо ломать без тех запредельных потерь с нашей стороны.
А пока товарищи конструктора смотрели на широком плазменном экране фильм, снятый техникой XXI века. Зрелище их заворожило. Казалось, что с экрана до нас доносится запах сгоревшего тротила и горящей человеческой плоти. Я-то хорошо помню это тошнотворное амбре после завершения побоища. Снят фильм был с той самой высоты, где разведчики захватили в плен Гудериана. Снимал оператор телеканала "Звезда". Помнится, товарищ Сталин, когда первый раз вместе со мной просмотрел сие произведение, спросил:
– Так как вы сказали, фамилия оператора, снявшего такой замечательный фильм?
- Романов Андрей Владимирович, товарищ Сталин, – подсказал я.
- Есть мнение наградить товарища Романова, несмотря на его "контрреволюционную" фамилию, орденом Красной Звезды... – товарищ Сталин что-то чиркнул карандашом в своём блокноте. – После удаления некоторых кадров, которые не следует знать кому не положено, мы сможем показать этот фильм во всех кинотеатрах Советского Союза, во всех частях и соединениях. Нашему народу он наверняка понравится.
