«Крымский мост» – это роман-путешествие сразу в трех измерениях – в пространстве, во времени и в лабиринтах человеческой души. Олег Мировой идет по жизни с гордо поднятой головой. Морской офицер, он всегда смотрел в лицо опасности, оставался верен присяге и долгу. Когда все в стране перевернулось с ног на голову, сумел и устоять, и выстоять. Безупречная репутация, процветающий бизнес, надежные партнеры, любовные приключения. Но в один далеко не прекрасный день все рухнет. И в один миг успешный и вроде бы счастливый человек поймет, что успех его – не более чем призрак. И поймет, что нужно все начинать сначала. С чистого листа. Он отправится странствовать по миру в поисках Света и простых истин, на которых с незапамятных времен стоит человеческая жизнь. Масоны и тамплиеры, Древняя Спарта и вневременной Афон, революции русские и французские, короли, генсеки и президенты – каких только «верстовых столбов» не выставит прихотливая Судьба на его пути к самому себе. Читателю, готовому разделить с героем все тяготы и все триумфы этого путешествия, никогда не будет скучно. Каждый, кому это странствие окажется по силам, перевернув последнюю страницу романа, согласится с автором и его героем: человек человеку не обязательно либо друг, либо недруг, но всегда – учитель.
Это его мир. Мир Гагтунгра[1]. В этом мире нет любви. И нет пощады.
Бунтующий лиловый океан, раскинутый от горизонта до горизонта. А над ним владыка мрака и ночи. Черные крылья стремятся охватить весь ближний космос, в котором то вспыхивают, то гаснут звезды, проплывают газовые туманности и выбрасывают триллионы кубометров вещества протуберанцев.
Лицо его серое. Взор дьявола из тьмы обращен на маленькую хрупкую голубую планету, где идет вечная битва.
Оттуда он черпает гаввах – энергию, излучаемую человеческими страданиями. И ждет того часа, когда на планете вспыхнет огонь последней битвы.
Тогда планета взорвется, разлетевшись на мелкие куски, и выбросит в космос такую вспышку гавваха, которая даст ему силы устремиться ввысь, к сердцу этой вселенной, чтобы вместе с Люцифером и другими демонами овладеть ей.
Гигантский энергетический спрут со щупальцами, похожими на щупальца кальмаров, распростерся по всей поверхности планеты. Из космоса он похож на огромного черного паука, оплетшего своими сетями всю Гею.
Это великий демон державности – уицраор Соединенных Штатов Америки Стэбинг.
Он господствует в этом мире, называемом Энрофом. А ведь еще каких-то два десятка лет назад ему казалось, что борьба с красным жругром, третьим уицраором России, будет вечной. Этот сверхнарод в двадцатом веке силою своего духа и ценой неимоверных усилий породил такого монстра, перед которым падали ниц и уползали, бесшумно убирая щупальца, все другие демоны великодержавия.
Жругр питался благоговением перед государством, его мощью и силой, насаждал культ вождей, жгучую ненависть к врагам и мессианство.
И русский сверхнарод питал его, пока было чем.
Казалось, одолеть жругра не сможет никто и никогда. Но третий великий уицраор России, уже подмявший под себя половину мира, погиб от собственной алчности. Надорвался в борьбе с демиургом сверхнарода. Поглотив все жизненные силы людей, жругр рухнул вместе с той государственностью, которую должен был охранять. Рухнул и похоронил под обломками страну.
В ужасе наблюдал русский сверхнарод, как рушилась империя, управлявшая доброй половиной мира, как корчился в судорогах умирающий жругр, родившийся еще в годы Гражданской войны.
А отпочковавшиеся от умирающего гиганта жругриты, обхватившись щупальцами, переплелись в смертельной схватке, в которой победитель получил в награду сердце третьего уицраора России.
Стэбинг довольно наблюдает за вверенной ему планетой. Иногда бывают и небольшие возмущения. Но в такие моменты спрут двигает щупальцами. И из присосок и бородавок, уродливо расположившихся на теле Земли, вылетают сверхзвуковые самолеты. Бомбят, наводят ужас на непокорное население.
И все стихает. Только поднимаются в космос новые потоки гавваха.
Задача Стэбинга сегодня проста и понятна. Он, в облике которого есть что-то от тигра, должен дождаться, когда окончательно иссякнет психоизлучение человеческих масс. И тогда он завладеет оставшимся наследством умершего гиганта.
Впрочем, куда ему торопиться? Теперь, когда у сверхнарода нет защиты русского уицраора, он установил всемирную тиранию.
А игвы делают все, что надо.
Стэбинг, наслаждаясь картиной, наблюдает, как выползшие откуда-то из глубин шрастров игвы, черные и мутные, вместо того чтобы питать уицраора России питательной росой, сами поглощают энергию, причитающуюся ему.
Русские сегодня уже разделены, рассеяны по нескольким государствам. Над их сознанием трудятся его помощники. Взращивают в людях ненависть, презрение к своему прошлому, возвеличивают предателей и продажных вождей. Скоро люди начнут массово отказываться от своей истории, идентичности, языка. Надо только ждать, когда колос созреет. А потом начинать жатву.
Они уже дважды в этом веке наказали себя. Теперь предстоит последняя битва. Когда они сами начнут уничтожать друг друга.
Впрочем, уже сейчас сам Гагтунгр доволен Стэбингом. Гаввах идет хорошо. И не надо начинать кровавой бойни. Миллионы умирают и так, от создавшейся безысходности, страха, ненависти, которую сеют игвы.
Наследник, трехцветный четвертый жругрит, высосавший из сердца кровь своего отца, слаб. Игвы травят его, загоняют в угол. Его человекоорудие заражено ядом страха. И вряд ли когда посмеет выступить открыто против Стэбинга и Гагтунгра.
В черной крепости Друккарг томится Душа России Навна. Третий, красный жругр так замуровал ее в каменном мешке, что голос ее почти не слышен. Только чуть голубоватое свечение идет из-за циклопических стен.
Навна выражала то, что объединяло русских в единую нацию. То, что звало их души ввысь, что создавало искусство России, его неповторимое благоухание. Она когда-то была связана миллионами нитей с душой каждого русского. И эти души питали ее.
Теперь большинство нитей разорвано, спутано. И только отдельные, истово верующие еще поддерживают жизнь общей русской соборной души.
