критике также подписанное О. Сосковцом 21 марта 1995 года в Киеве соглашение о реструктуризации украинского долга России и попытался убедить российских парламентариев увязывать политику по отношению к Украине с поведением последней в отношении Крыма. Речь Цекова вызвала резкое осуждение украинской стороны. На заседании Верховной Рады, специально посвященной этому вопросу, раздавались призывы к упразднению крымской автономии. Украинские парламентарии требовали от крымских коллег отмежеваться от выступления своего спикера. Эти требования вызвали очередной раскол в крымском парламенте. 18 апреля часть депутатов ВС Крыма (45–48 человек, преимущественно члены фракций «Курултай» и «Реформы») объявили о создании «Верховного Совета Автономной Республики Крым». Они обратились к Л. Кучме с призывом распустить оставшуюся часть ВС Крыма, а на базе лояльной группы депутатов создать новый орган власти. Парламентское же большинство 25 апреля постановило назначить на 25 июня 1995 года общекрымский референдум о судьбе Конституции 6 мая.
Новое обострение украино-крымских отношений вызвало вмешательство в ситуацию миссии ОБСЕ, которая начала свою деятельность в Крыму в ноябре 1994 года. 11–14 мая в Локарно (Швейцария) миссией был организован «круглый стол» по проблеме статуса Крыма, в котором участвовали 16 представителей от Украины и Крыма (включая Севастополь). В результате консультаций и помощи ОБСЕ были достигнуты договоренности о том, что парламент Крыма отменит свое решение о референдуме (которое, впрочем, и без этого не было возможности осуществить), а ВС Украины рассмотрит и утвердит новую Конституцию Крыма, которая должна была бы быть разработана ВС республики на основе «Закона о разграничении полномочий» 1992 года.[294] Позиция миссии ОБСЕ и лично посла в Украине А. Кольшюттера вызвала неудовольствие и критику с украинской стороны, поскольку, по мнению украинских и западных обозревателей, основной пафос выступления А. Кольшюттера перед Верховным Советом Крыма «заключался в выражении всяческой поддержки крымской автономии и негативной оценке «мощных радикальных сил в украинском парламенте, которые хотят наказать и дисциплинировать Крым и, в конечном счете, разрушить вашу автономию».[295]
Группа по подготовке новой Конституции приступила к работе. В рекомендациях миссии ОБСЕ содержались весьма важные моменты для нормализации отношений Украины и Крыма, однако, как показали дальнейшие события, они были проигнорированы украинским руководством. Крымские же власти, так и не преодолев внутренних противоречий, оказались не в состоянии отстаивать интересы Крыма. В начале июля 1995 года, получившие большинство сторонники украинской ориентации Крыма сместили с поста спикера крымского парламента С. Цекова, на место которого был избран Е. Супрунюк. На этом в целом завершился острый политический кризис, стоивший Крыму многих его завоеваний 1991-94 годов.
Столь стремительное крушение режима, пользовавшегося в момент его создания поддержкой большинства населения, не может не вызвать удивления. Тем не 294 См.: речь А. Кольшюттера в ВС Крыма, Крымские Известия, 6 июня 1995
295 Белитцер Н., Бодрук О. Крым как регион потенциального конфликта, 295 Белитцер Н., Бодрук О. Крым как регион потенциального конфликта, Этнические и региональные конфликты в Евразии. К.2. Россия, Украина, Белоруссия, М.,1997, с.96
менее, происшедшее вполне закономерно, если учесть характер и особенности крымского оппозиционного движения. Возникнув на волне широкого общественного протеста, оно за три года своего развития не смогло сформироваться как полноценная политическая сила. Массовая поддержка его со стороны населения оказалась недостатком в той же степени, в какой и достоинством: благодаря ей движение не оформилось структурно и организационно. Его лидеры не имели осмысленной программы действий (существовавшие социальные, экономические программы носили большей частью пропагандистский характер), четкого понимания своих целей и задач.
Неплохо развернув критику существующего положения вещей, оппозиционеры оказались совершенно не готовыми к осуществлению конструктивных мероприятий и в конечном итоге к самостоятельному управлению регионом. Победители очень быстро погрязли во внутренних склоках, потеряв доверие к себе со стороны избирателей.
Впрочем, оппозиция не одна несет на себе груз ответственности за провал «крымского эксперимента». Истеблишмент, высшее чиновничество представляющее управленческие структуры, в особенности на местах, а также большая часть депутатского корпуса «от предпринимательских структур» во имя сохранения своего положения обнаружили большую готовность практически к любым сделкам с Киевом. В большинстве случаев их «региональный патриотизм» уступал желанию политического доминирования в борьбе с политическими противниками внутри Крыма.
