– Майк, левее… Видишь проход между проводами? Так, справа панель с выключателями. Третий выключатель надо поднять… Что, туго идет? Позови Кэт. Так, попробуйте вместе… Отлично. Теперь оба бегом прямо до вентиляционного люка… Так, молодцы… Перед вами пульт. К нему! Так… А теперь, как я учил – экстренное отключение реактора… Не получается? Думай, Майк, думай… Ничего не надумал? Зови всех… Бегом, бегом, не отвлекаемся! Собрались? Думаем вместе! Мозговой штурм – быстро! Есть решение? Ну-ка, ну-ка… Отлично, Майк! Программа отключения активирована! Ребята, вы все молодцы! Майк, команду в бокс, а сам ко мне, дорогой!
Майк был в лаборатории через минуту. Он критически осмотрел присутствующих, неторопливо, под всеобщие аплодисменты и улюлюканье прошел мимо людей и прыгнул мне на руки. Лаборантки вокруг засюсюкали и полезли гладить этого самодовольного крыса. Подошел Эндрю. Майк запрыгал от возбуждения: после выполненного задания ему полагалась доза специального тоника. (По существу, это был наркотик, но такое слово запрещено было произносить в стенах института).
– Молодец, Майк, – получай свое заслуженное удовольствие, – сказал Эндрю, вкалывая в крысиную лапку миниатюрный шприц.
– Ну, что, Виктор, это впечатляет, – похлопывая меня по плечу, сказал Слон, – Я дал команду юристам – уже сегодня будут патенты, а по поводу клиентуры идей, как ты знаешь, сотни…
– Что вы, босс, – возразил я, – Тут еще непаханое поле для исследований. В лаборатории мои ребятки ведут себя вроде бы предсказуемо – а как это пойдет в промышленных масштабах?
– Если мы не начнем, то и не узнаем никогда, – вставил свое незаменимое слово Эндрю.
Я уверен – именно он подхлестывает Слона. Здесь действительно, попахивает немалыми деньгами, а конкуренты наступают на пятки… Эндрю здесь только из-за денег. Я и сам понимаю, что необходимы инвестиции для нашего развития, а без конкретных коммерческих проектов нам их не видать.
– Принципиально вопрос уже решен Виктор. Теперь нам остается только определиться с первоначальным направлением. Ты, безусловно, прав, что пока исследования не завершены, наших ребяток нельзя допускать к сложным техническим работам… Да и с лицензиями вопрос непростой…
– Тогда – сельское хозяйство, – кивнул я, – Это не так сложно, все навыки уже отработаны. Но здесь потребуется колоссальное количество особей…
– Как только запускаем проект – инкубаторы поставляют в течение двух недель – их осталось только собрать… Мы можем уже вести переговоры на серьезном уровне?
– Не вижу причин, почему нет. На опытных полях ребятки показали себя прекрасно. К тому же, я думаю, фермеры сами уже трубят друг другу обо всем…
– Еще бы – экологически чистая и дешевая борьба с вредителями и сорняками… И это только начало…
– Главное – заткните глотку этим самым борцам за права животных – я уже начинаю беспокоиться за свою жизнь…
– Не волнуйся, Виктор! Скоро ты будешь ездить на собственном бронированном лимузине, ха-ха-ха…
– Вашими б словами, босс…
– Ладно, ладно… Господа! – Слон громко обратился ко всем присутствующим, – Момент настал, и с сегодняшнего дня начинаем реализовывать коммерческий этап нашего проекта «Мультикрыса»…
Слова босса потонули в потоке аплодисментов, криков и свиста. Слон улыбался во всю ширину своего круглого лица.
– Господа, наши прибыли зависят от вашей слаженной работы. Мы отличная команда и мы справимся. Напоминаю, что с этого момента вы должны теснее сотрудничать с отделом маркетинга… У меня все. За работу!
Слон величественно удалился под непрекращающийся восторженный галдеж сотрудников лаборатории. Майк, сидя у меня на плече, удивленно озирался, дергал носом и щекотал мне шею усами.
– Ну, что, дружище, – обратился я к Майку, почесывая за его ушком, там где находилось гнездо для оптического кабеля и подзарядки аккумуляторов мультикомпа, – Готов ты ко всемирной славе?
Риск облажаться был велик. Пока стабильно работала система из пятидесяти особей плюс вожак-сервер. Не было понятно, какие сюрпризы готовит промышленная эксплуатация биологических мультисистем: крысы были первыми. Для эксплуатации в полевых условиях первоначально решено было делать запасных вожаков-серверов на каждый десяток. Однако расчеты показывали, что рентабельность при этом значительно падает, так как каждый вожак стоил на порядок дороже рядовой мультикрысы. На хорошее же поле для эффективной работы требовалось не менее тысячи особей.
Страшный вой подняли биологи, которые боялись экологической катастрофы в случае выхода системы из-под контроля. Однако наши лобби в Сенате пробили-таки нужные нам законопроекты и вой постепенно перешел в бессильное рычание. Тем более, что была доказана возможность использования мультикрыс в регулировании численности любых видов, в том числе и вредных, что давало тем же биологам неплохую возможность поиграть с природой. Опять же, мультикрысы могли решить санитарные проблемы больших городов – например, извести городских крыс, мышей и далее в том же духе.