— Да что ж ты делаешь-то, изверг?! — вскинулась уборщица тётя Люся, которая только-только успела навести порядок в коридоре. — Ить только всё намыла, а ты, гляди-ко, воду разлила. Мне же опять затирать придётся, а я ить не молоденькая.
Каталина вздёрнула тонкую, тщательно выщипанную бровь, смерила уборщицу холодным взглядом сверху вниз и отчеканила:
— Насколько я помню, вас и наняли специально для того, чтобы вы за нами грязь подтирали. А если сил нет, так увольняйтесь, на ваше место уже через час желающих толпа набежит!
Тётя Люся приглушённо всхлипнула, хотела что-то сказать, но только махнула беспомощно рукой и отвернулась, а Каталина продолжила шествие по коридору, моментально выбросив из головы стычку с уборщицей. В самом деле, не забивать же себе голову всякой ерундой!
Стоило только Каталине Сергеевне скрыться за дверью своего кабинета, как створки лифта бесшумно распахнулись, выпуская довольного всем и всеми Максима. Зоркие глаза парня моментально заметили одинокую слезинку на щеке уборщицы, и Максим решительно шагнул к пожилой женщине:
— Тётя Люся, чего случилось? Катька опять нахамила?
Женщина шмыгнула носом, пожевала губами, скорбно покачивая головой с редкими, мышиного цвета волосами, убранными в куцый хвост:
— Вот ведь до чего я дожила, Максимка. Знаешь, она мне чаво сказала? Если сил нет, так убирайся. Другие, мол, через час уже набегут.
— Да не слушай ты её, — Максим обнял женщину, прижал к груди, словно обиженного ребёнка. — А то ты Катьку не знаешь.
— В том-то и дело, что знаю, — горько усмехнулась тётя Люся. — Я же её, паршивку, этими самыми руками вынянчила, пока матерь на работе была, с ней сидела, сказки ей рассказывала, колыбельные ей пела. Сам знаешь, не садичная она была!
— Да плюнь ты на неё, — Максим резко махнул рукой. — На дур не обижаются.
— Дак ведь она не дура, Максимка, — вздохнула тётя Люся. — Гляди, какой офис отгрохала, какое дело подняла. Самой настоящей бизнес-леди стала.
— Крысой она стала самой настоящей, — пробурчал Максим. — За делами своими людей видеть перестала.
Тётя Люся насупилась и явно хотела сказать что-то в защиту Каталины Сергеевны, но створки лифта в очередной раз распахнулись, выпуская в коридор пышногрудую блондинку.
— Максим? — удивилась девица, выпрямляясь и буквально тараня парня своим бюстом. — А ты чего это с уборщицей обнимаешься? Можно подумать, других девушек нет!
— Таких как тётя Люся нет, — отрезал Максим и решительно повернулся к блондинке спиной. — Пошли, Каталина Сергеевна нас уже заждалась.
Каталине действительно пришлось ждать, что не могло не сказаться на настроении этой весьма своенравной особы. Стоило только Максиму войти в кабинет, как он понял: будет гроза. Способ избежать жёсткой выволочки был, причём многократно проверенный, но сейчас за спиной Максима стояла Марина, не соблазнять же грозного босса при ней!
— Надеюсь, у вас была веская причина для опоздания, — Каталина Сергеевна метко швырнула в ведро скомканную бумажную салфетку, которой старательно протирала руки.
— Ой, Каталина Сергеевна, у меня машина сломалась, кучу времени убила, пока этих мастеров дождалась, — защебетала Марина. — Зато я договорилась об интервью с Барановой, она расскажет о своей новой коллекции.
— У Барановой нет вкуса, — брезгливо поморщилась Каталина, — и не было никогда. В этом номере будет интервью с Ягодниковым, он в новом фильме снялся.
— А как же Баранова? — пролепетала, бледнея, Марина, — я еле уговорила её. Пришлось эксклюзивную фотосессию обещать.
— Ваши проблемы. Мне нужно интервью с Ягодниковым, а не линялые тряпки на потасканных вешалках, — отчеканила Каталина, поворачиваясь спиной к незадачливой помощнице. — Максим, когда снимки принесёшь?
— У меня с собой, — Максим похлопал себя по карману, — на флэшке.
Каталина Сергеевна выразительно втянула носом воздух и ледяным тоном процедила:
— Я говорила, что никогда не смотрю фотографии с компьютера, мне нужны только распечатанные снимки.
Максим знал, что ему следует промолчать, а ещё лучше извиниться и клятвенно пообещать исправиться, но обида за тётю Люсю, ту самую тётю Люсю, которая была для Максима второй мамой, давала о себе знать.
— А я говорил, что не собираюсь по сто раз распечатывать одно и то же, — парень поднялся, навис над столом, зло сверкая глазами.
— Пойду, пожалуй, агенту Ягодникова позвоню, — почуяв, что в воздухе отчётливо запахло палёным, пролепетала Марина и так поспешно выскочила из-за стола, что с грохотом уронила стул.
— Надо же, как тебя разнесло, уже за столом не помещаешься, — фыркнула Каталина Сергеевна, не сводя пылающих гневом глаз с Максима.
Блондинка отчаянно покраснела и выскочила из кабинета с такой скоростью, словно от голодного тигра улепётывала. В коридоре же, надёжно защитившись от грозной начальницы дверью, Марина в сердцах плюнула на пол и одними губами яростно прошептала:
— Вот крыса! Да чтоб ты провалилась, проклятая!
