- Клык, сможешь рассказать? - спрашивает Медведев. И знак делает,
чтоб я не отказывался. Откуда наши с Ксапой знаки знает? Ну, раз знак
показал, просьбу выполню.
- Вы знакомы с ПОЛИТИЧЕСКОЙ ОБСТАНОВКОЙ в РЕГИОНЕ? - ксапиными
словами говорю, чтоб журналистам понятнее было. Но Света все равно
переводит:
- ... политикал ситуэйшен ин риджин? - Оба дружно мотают головами.
- Тогда начну с ГЕОГРАФИИ, - указываю на снимки. - Наше общество
состоит из трех НАРОДНОСТЕЙ. Каждая НАРОДНОСТЬ говорит на своем языке.
Это неудобно, но, как у вас говорят, ВРЕМЕННОЕ ЯВЛЕНИЕ. Уважаемые люди
говорят, скоро языки сольются. Мы ПРОЖИВАЕМ здесь и здесь - указываю на
Приму и стоянку Заречных. Не хочу чужакам точное место показывать, незачем
им его знать. Поэтому всей ладонью по снимку провожу. - Степняки живут
здесь, а Чубары - здесь.
Медведев задумчивый вид принимает, только кивает слегка, когда я
ладонью целые леса накрываю.
- А вот здесь - хлопаю рукой по стенке слева от снимка, - живут
дикие племена Айгуров. Много племен.
На секунду задумываюсь, как объяснить журналистам, из-за чего у нас
с Айгурами проблемы.
- Вы знаете, что такое ЛЕДНИКОВЫЙ ПЕРИОД?
Оба чудика дружно кивают.
- Тогда вам проще объяснить. Ледники движутся. И дикие племена тоже
движутся из-за ледников. Вот отсюда, - хлопнул ладонью по стенке слева от
снимка, - сюда! - хлопнул справа. - Айгуры создают нам ПРОБЛЕМЫ. Но нам
ПРОБЛЕМЫ не нужны. Вы понимаете?
- ... Ю андестенд? - переводит Света. Дожидаюсь, когда оба
журналиста кивнут.
- Мы хотим уйти с пути диких племен. Отсюда и отсюда уйдем сюда и
сюда, - хлопаю ладонью по снимку. - Отдадим им левый берег реки, пусть
МИГРИРУЮТ. Но на правый не пустим.
- Как вы будете не пускать айгуров на правый берег? Будете воевать
с ними? - спрашивает журналист с микрофоном.
- Зачем воевать? у них девушки красивые, - говорю я. Наверно, зря
о девушках сказал.
- Амазонки? - удивляется журналист.
- Нет, просто молодые, красивые, скромные, работящие девушки. Могу
с одной познакомить, она у нас живет.
- Это была местная шутка, - очень вовремя вставляет Медведев.
- Сильные мужчины не воюют с красивыми девушками.
- А, юмор! Ай'эм сорри! Проблема перевода... Но все же, что вы
будете делать с айгурами?
- Миша, отведем их к звероловам, покажем летающий шприц? - предлагаю
я. Медведев подхватывает идею и объясняет журналистам, что мы хотим
усыплять айгуров как звероловы диких животных и перевозить сонных
вертолетами на новое место.
- Если они человеческих слов не понимают, будем обращаться с ними
как с оленями, - говорю я. - Сейчас мы пойдем в загон, и вы увидите
реликтовых оленей. У вас таких больше нет. Но скоро будут. Мы наловим и
передадим вам.
Идем в загон. Олени ведут себя как-то недружелюбно. Самка
беспокоится, а самец хочет нас отогнать подальше. Принимает угрожающие
позы, словно напасть хочет. Достаю мобилку и вызываю ветеринаров.
- Лена, у вас начинаются роды. Ты просила позвать, когда начнутся.
- Спасибо, Клык!
Вскоре прибегают ветеринары и выгоняют нас из загона. Журналисты
достают из сумки камеры, которые надеваются на лоб, и просят ветеринаров
все заснять. Медведев недоволен. Теперь журналисты не улетят до конца
родов. Просит меня занять их чем-то. Признаться, мне журналисты тоже
надоели. Неприятные вопросы задают. Надо над каждым словом думать, чтоб
лишнего не сказать. Может, Ксапе их передать?
Веду к своему ваму. У входа Жамах расхаживает, по мобилке с кем-то
говорит. Представляю ее журналистам, завожу в вам... Етишкин кот! На
шкурах в ряд разложены шесть грудничков! Лава, Туна и Фархай с ними
возятся.
- Быстро вон! Гоу аут! - командует Медведев журналистам, как только
видит это. И уже на улице говорит мне:
- Клык, зачем ты их в ясли привел? Они же заразные!
- Мы просим прощения, - говорит тот, что с микрофоном. - Это все
ваши дети?
- Это ясли, - говорит Медведев.
- Мой малыш второй справа. Трое малышей - Лавы с Туной, а двое - не
знаю, чьи. Жамах, ты Ксапу не видела?
Жамах берет меня за локоть и отводит в сторону.
- Ксапа от них прячется, - кивает на журналистов. - Стесняется
полосок на щеках.
- У всех же полоски!
- Я ей так и говорю. А она прятаться убежала.
Раз не удалось свалить гостей на Ксапу, говорю Мише, что запускаю
"стандартную гостевую программу". Веду к хызу, попутно указываю на
солнечные батареи. Пока идем, Михаил объясняет, что в пещерном доме мы
живем зимой, а летом - в вамах, на природе. Входим в хыз. Я сразу включаю
свет. В новой пещере гудит бетономешалка. Плохо это, все впечатление
испортила. Но журналисты заинтересовались. Со всех сторон засняли Жука,
Толика и Евражку. Евражка кричит, чтоб на свежий бетон не наступали. И
указывает, где можно ходить, а где нельзя.
- Готовим хыз к зиме, - объясняю я, - Осень уже, листья пожелтели,
скоро сюда переселимся, а тут, под ногами пол неровный. Надо торопиться.
- Расскажи про теплый линолеум, - подсказывает Медведев, а Света
переводит. Оба журналиста удивленно поворачиваются ко мне.
- Зачем я буду говорить о том, чего нет? Когда сделаем - покажу. А
пока нечего показывать, - солидно так говорю, потому что не знаю, что это
такое - теплый линолеум.
