- Кремень, этих девок ты в свой вам привел. Они тебе детей родили. У чудиков таких женами называют, - объясняет Жамах. - Клык обо мне заботился, меня в свой вам привел, я ему жена, понятно?
- Чего не понять? А из-за чего шум?
- У чудиков не принято много жен иметь. Света сердится, твои девки сердятся, боятся, Свету приведешь, их забудешь.
- Я им обеим сейчас по заду настучу, сразу сердиться перестанут, - Кремень быстро находит простое и надежное решение.
- Только попробуй! - вскакивает Света и сгребает баб Кремня себе за спину. - Развели домострой! Идем, подруги, разговор есть, - подхватывает обеих под локотки и уводит. Все-таки, плохо она еще наш язык знает. А бабы Кремня русский - еще хуже.
- Так, зачем звали? - не может понять Кремень.
- Твои бабы тебя не поделили. Подрались. Ты в их разборки не вмешивайся, - объясняет Мудреныш.
- Вроде, уже помирились, - смотрит им вслед Кремень. Света бы их не обидела. Робкие они у меня.
Шабашники прозвали Ксапу "контролирующий орган" или "народный контроль". Это потому что тяжелого ей поднимать нельзя, врачи запрещают, а поговорить со своими чудиками очень хочется. Вот и не уходит со стройплощадки, разговорами нас развлекает да советы подает. На мой взгляд, советы толковые. А геологи говорят: "Послушай женщину, сделай наоборот!" Ксапа сердится и обзывает их наобормотами. Под их перепалку работать на самом деле веселее.
Первый хыз мы уже закончили. Но чудики говорят, что осталось сделать отопление, электрику и отделку. На отопление нужен слесарь-водопроводчик. Надо к Мудру идти.
- Хочешь, чтоб Мудр разрешил чудика привести, поторопись, - говорит Жамах. - Скоро осень.
- И что? - насторожился Платон.
- Созревшие девки в другие края уйдут, чужие девки к нам жить придут. Весной и осенью новые семьи образуются.
- Разве мы против? - не понимает Платон. - Нас-то это каким боком касается?
- Нас - никаким, - загадочно улыбается Жамах. - Но я тебя предупредила.
Я не понял, что Жамах имела в виду. Мудреныш - тоже. Хотел у Жамах спросить, но ее Ксапа в сторонку отвела пошушукаться.
- Как, уже? - громко изумилась Ксапа. - Я водяное отопление хочу. Сколько можно в каменном веке жить?
И потрусила вверх по косогору, скособочившись, левым боком вперед, к ваму Мудра.
- Чего-то я не понимаю, - задумчиво протянул Платон. - Похоже, парни, мы нарвались на очередную местную заморочку. Жамах, будь человеком, намекни хотя бы.
- Не в моих интересах, - скалится в улыбке Жамах. - Я сама в этом обществе пришлая.
- Конспираторы, блин, - обижается Платон. - Парни, идем к Мудру.
И мы идем к Мудру. А у Мудра в ваме айгурка Фархай плачет, Ксапа с Бэмби ее утешают.
- Что же это вы, парни, - укоряет нас Мудр. - Девку привезли, а приласкать никто не хочет. Обижается на вас девка.
- Так, она нас до визга боится.
- Когда это было?! - набрасывается на него Фархай. - Только в первый день, когда вы меня схватили. В первый день под себя девку только самые злые охотники кладут. И то, если девка - чубарка. Три полоски, по-вашему.
- А добрые? - влез Толик.
- Добрые хотя бы три ночи выждут, чтоб освоилась. А если хотят совсем по-хорошему, то десять дней. А я здесь сколько? Никто на меня даже не смотрит. Уйду я от вас к родителям, пусть над вами смеются!
- Хорошо, завтра Сергей отвезет тебя к родителям, - решает Платон.
- Нет, нет! - визжит Фархай. И рыдает в голос.
- Опять не слава богу, - удивляется Вадим. - Да что не так на этот раз?
Ксапа выразительно стучит себе кулаком по лбу.
- Ее в добровольно-принудительном порядке хотели за шамана выдать. А он старый, уродливый и хромой. И жен бьет. А вы, мужики, взяли на себя ответственность за ее судьбу, а теперь - в кусты? Не стыдно?
- Оксана, ты же знаешь, среди нас холостых не осталось, - переходит на русский Вадим.
- Коты мартовские! Как со вдовами кувыркаться, так о женах не вспоминаете.
Геологи смущаются.
- Это же другое дело, - не очень уверенно возражает Юра. - Мы взрослые люди, они тоже не девочки. Никто никого не обманывает.
Ксапа хочет что-то добавить, но передумывает. Только головой мотает. И на меня смотрит задумчиво-задумчиво. Айгурку по голове глаит, успокаивает, а смотрит на меня.
- Клык, скажи, что ругаться не будешь.
- Буду.
- Ну что ты как не родной сразу? Пусть Фархай с нами поживет. Твоей названой сестрой будет.
- Опять фиктивный брак?
Охотники и геологи замолкают, поудобнее рассаживаются, на нас смотрят, будто Ксапа зимой сказки рассказывает. Интересно им.
- Пусть Фархай с Мечталкой задружит. Бэмби здесь сама новенькая, никого почти не знает, а Мечталка ее со всеми девушками и охотниками познакомит...
И делает наш тайный знак, чтоб соглашался, она потом все объяснит.
- Ладно. Если Жамах против не будет, - оставляю лазейку я.
Ксапа чмокает меня в щеку и за руки вытаскивает девушек на улицу.
- Хорошая баба Клыку досталась, - скалится Фантазер. - Послушная. Разрешение спрашивает.
- Но делает все равно по-своему, - добавляет Ворчун. И все смеются.
- Зачем пришли, балаболы? - отсмеявшись, спрашивает Мудр. Платон объясняет.
