Драгнац опустил большой рубильник. Гаргант вздрогнул, оживая. Рык его двигателей слился с рёвом толпы. В этот момент Ушбеку почудилось, что с неба упали две огромные рычащие тени. В миг откровения он понял, что и каждый в этой чудовищной толпе почувствовал то же самое. На мгновение они стали одним целым, единым со своими богами.
— ВАААААААА! — орал Ушбек вместе со всеми.
Драгнац жестом приказал Гаргантам начать движение. Толпа хлынула за ними, пространство между машинами войны заполнилось многочисленными мотоциклами и вартраками. Орки шли, направляясь к ожидающим кораблям и своей великой судьбе.
— Мы идём! Мы идём! Эта мы идём! — пели они.
"Поганки! Покупайте вкусные поганки! Поганки!" — Макари уже охрип от крика.
Он сунул лоток под нос мекбою, привалившемуся к стене форта, и потряс им, чтобы запах товара трехдневной давности достиг ноздрей орка. Монти, его ручной сквиг, заскользил из стороны в сторону, пытаясь удержаться на трясущейся поверхности лотка.
"Поганки, хозяин, восхитительно свежие поганки, собранные на рассвете, крупные и сочные. Всего лишь один зуб за такой нежный и вкусный кусочек."
Но план Макари был обречен на провал — запах грибов утонул в клубах дыма курительной трубки мекбоя.
Орк посмотрел на гретчина сверху вниз. Вот это Макари ненавидел больше всего. Ненавидел этот намек на свой маленький рост и слабость.
Орк хмыкнул. Звук напомнил холостой выстрел боевого фургона. По крайней мере, не похоже было, что этот орк охоч до его ушей. Макари ценил такие мелочи.
"Нипайдет," — ответил мекбой, поправляя патронташ. Макари прикинул, не там ли орк прячет свой запас зубов. Большие парни стали сообразительнее — приходя на рынок, они уже не оставляли свои кошельки там, где до них могли добраться ловкие пальцы гретчина. Теперь они хранили зубы ближе к телу. Так что вполне возможно, мекбой вместо болтерных зарядов держал в патронташе зубы. "Как и все скупые ублюдки," — подумал Макари.
"Уверен, хозяин? Взгляни на этот славный крышечник! Какие розовые точечки! Любимые грибы босса Драгнаца! Обычно я доставляю их сразу ему, но сегодня он занят с самого утра. Так что я отдам гриб тебе. Недорого! Мне твое лицо сразу понравилось."
"Неее, ни люблю крыш'ники. Ат них иж'жога. Ты тащи иво лутше боссу. Ни хател бы я лишать иво завтрака."
Макари прикинул — а не смеется ли над ним этот долговязый мекбой в странных очках-консервах и цилиндре с перьями? Возможно, он не такой тупой, как кажется. Мекбои, вообще говоря, были поумнее среднего орка. Но по мнению Макари, это всё равно, что быть поумнее среднего кирпича.
"Тогда как насчет этого красавца — крапчатого чернотрузеля — самого любимого у мекбоев. Из тех, что строют Гаргантов?"
"Интиресна. Я какта памагал строить Гаргантов и 'се парни сказали, ш'о не стали б есть чернотрузель, даже еслиб он лижал на куче сквигов… Думаю, т' пытаишся миня развисти."
"И разведу, тупой пес," — пробормотал Макари.
"Ш'т'там сказал?"
"Раз в году, новый лес, хозяин. Просто подумал вслух о том месте, где нашел этот первоклассный экземпляр — полосатый вырвирот, уже слегка разжеванный, чтобы легче переваривался."
В какой-то момент Макари показалось, что мекбой всё-таки заинтересовался и купит жеванный кусок гриба, который Макари подобрал утром на дороге. Мекбой прищурился.
"А, я иво узнал," — наконец сказал орк. — "Эт'ж вырвирот, што я ел утром. Такая дрянь, пришлось иво выплюнуть."
"Не, не мож'быть, хозяин. Сам собирал сегодня. Ранним утром, когда первые лучи солнца только коснулись чудесного леса за Орктауном."
"За Орктауном пустыня, пепел и старая свалка. Ни помню там никакова леса."
Орк подозрительно сощурился. Похоже, дело шло к откручиваю ушей. Макари пришлось соображать быстро.
"Ты меня раскрыл, хозяин. Это секретный лес. Растет вверх ногами, деревья растут в землю, а корни торчат над землей. Предохраняет листья от солнцепека. Отличное место для поганок, тем не менее."
Озадаченный мекбой принялся прикидывать что-то на пальцах, пытаясь разобраться. Макари решил, что самое время бежать.
"Извини, тороплюсь, хозяин, сквиг сбежал, надо поймать," — сказал он, приподняв кожаную шапчонку. Мекбой вежливо коснулся пальцами края цилиндра. Макари развернулся, чтобы сбежать, и тут же пожалел об этом. Перед ним стоял Лансиг, самопровозглашенный босс рынка, и два его вышибалы: Большой Ари и Маленький Ари.
"Доброе утро, Макари," — приветливо произнес Лансиг. Голос у него был неожиданно низким для гретчина и звучал почти по-орочьи. Это придавало авторитета его курносой морде. — "А ты нехороший парень, чтоб ты знал…"
