– Вы чем-то расстроены, мисс? – Спросил доброжелательный мужчина азиатской наружности в переднике, с названием кафе. Я искренне ему улыбнулась.
– Расстроена, – подтвердила я.
– Что вам принести, чтобы растворить вашу печаль? – Улыбаясь, произносит мужчина.
– У вас есть пирожное, которое растворяет дерьмо из жизни?
Мужчина замешкался и снова улыбнулся.
– Конечно. Это пирожное называется мартини.
Я усмехнулась и махнула доброму дяде, чтобы принес «горячий напиток».
Когда он ушел выполнять мой заказ, я посмотрела на барную стойку и увидела табличку с надписью «требуется официант». Не мешкая ни секунды, я подошла к женщине за барной стойкой.
– Простите, у вас открыта вакансия официанта? – Спросила я, и веселая женщина средних лет, ответила:
– Открыта, но этим занимается Дон, сейчас он выйдет.
И в этот момент из кухни выходит тот самый азиат, и несет рюмку с мартини.
– Дон, здесь девушка по поводу работы, – говорит она ему, указывая на меня. Дон улыбается.
– Так значит вам не пирожное нужно, а работа?
– Очень нужна, – в отчаянии я развожу руками.
– Да, – понимающе кивает головой Дон, – работа – это то, что следует для выбивания из жизни дерьма.
И мы вместе смеемся, осознавая правдивость его слов.
ГЛАВА 17
Дженни Каплан, невысокая, миниатюрная девушка, с белыми кудряшками и самой обаятельной улыбкой милого ребенка моментально стала моей подругой. Мы подружились в первый день знакомства и не расставались на смене ни на миг. Она была веселой, доброй и отзывчивой девушкой и я рада, что обрела хоть кого-то, чтобы не быть такой одинокой. Дон Эванд стал для меня не только другом, но и, можно сказать, вторым отцом. Держа маленький ресторанчик "Верона" он приютил меня, обогрел, дал работу и жилье. Теперь я живу в старой подсобке. Я не жалуюсь, и не считаю, что моя жизнь ужасна. Напротив, она теперь намного лучше, чем была четыре месяца назад. Вообще, у меня теперь много друзей. Искренних, добрых, настоящих. Я подружилась со всеми, работающими в этом коллективе, не было ни одного человека, с которым у меня было бы недопонимание. И иногда, я чувствовала себя чуть-чуть счастливой.
К работе официантки я привыкла быстро. В основном, этот ресторанчик посещали только постоянные гости, которые за столько месяцев, а некоторые и лет, стали не просто клиентами, но и друзьями. За четыре месяца, учитывая, иногда щедрые чаевые, я успела насобирать полторы тысячи долларов. Я знала, что этого хватит, чтобы снять маленькую квартирку неподалеку, а стабильного дохода будет достаточно оплачивать ее и жить на остальное. Не шик, конечно, но выжить можно. Но дело в том, что я не хотела. Мне нравилось жить в этой уютной подсобке, которую Дон разрешил устроить по своему вкусу. И я хотела накопить побольше денег, не знаю на что, не имеет значения. Я понятия не имею, что буду делать дальше со своей жизнью, живу здесь и сейчас.
Сегодня пятница и у нас аншлаг. Много гостей решили посетить «Верону», и мы с Дженни бегали как ужаленные, пытаясь справиться с наплывом клиентуры. Вообще-то, в такие дни, официантки три, но сегодня Ребекка, не смогла выйти на смену и нам с Дженни приходится пахать за троих.
Я на кухне отчитываю повара, тоже моего друга, за пересоленное блюдо, когда влетает Дженни.
– Мелл, выручай, умоляю! – Схватив за плечи, затрясла меня девушка. – У меня еще четыре столика, а там вошла еще компания. Возьмешь их? – Дженни умоляюще посмотрела на меня, распахивая свои карие глазища, тут не устоишь.
– Ладно, возьму, – махаю рукой я, и Дженни с визгом целует меня в щеку.
Я беру блокнот и ручку, поправляя передник, выхожу в зал. Найдя глазами группу мужчин в деловых костюмах, я цепляю на лицо дежурную улыбку и направляюсь к их столу.
– Добрый вечер, – учтиво произношу я, обводя их взглядом, – меня зовут Мелисса и сегодня я ваш…– Слова застряют у меня в горле, не давая возможности дышать. Слева от меня сидит Джейсон и, сцепив руки, таращится на меня в откровенном шоке. Я не могу позволить себе такое поведение и, взяв себя в руки, продолжаю, – официант. Вы готовы сделать заказ?
