Воспоминание так же оборвалось внезапно, как и началось, яркой белой вспышкой с искорками перед глазами и слабой болью в левой стороне затылка.
– Агентство Современные Революционные Технологии, – выдал Александр исключительно на ухо Софии почти бесшумно, – так оно называется, – и прокрутив у себя в голове воспоминание, продолжил, – мне об этом сказал Олег Игоревич Власов. Мы, кажется, проходили тренировку на закрытом объекте.
София услышала аббревиатуру, которую при всплытии где-либо должна была тут же стереть. Уничтожить данные или человека, произнёсшего её в разоблачительном контексте. Лежа в объятии юноши, София думала, как поступать дальше. Александр Сокольский наверняка активно участвовал в жизни агентства и просьба руководства была неспроста.
Работая в Штатах под иной легендой, она не имела постоянной связи с агентством С.Р.Т., контакты были настолько редкими, что она порой думала, что агентства и вовсе не существует, что было первостепенным для неё. За все годы отсутствия вне дома, она понятия не имела, кто был новеньким, а кто покидал агентство по личным причинам или физической смерти.
– А чем ты там занимался? – спросила София, постучав ладонью по колену юноши, который, если его не разговорить, вот-вот и пустит сонную слюну ей на плечо, – расскажи что-нибудь.
– Вспомню – расскажу, – заключил Александр, в очередной раз зевнув и всё больше погружаясь в состояние и желание отключить мозг и накинуть сна по три часа на каждый глаз. Чёрт побери, я где-то слышал эту фразу!
– Хорошо, – ответила София, – утро вечера мудренее! – и ещё раз взглянув вокруг себя и на пантеру, стерегущую ночное пространство, она облокотилась на Сокольского. Прикрыв глаза, она не успела-таки понять, когда именно она провалилась в глубокий сон.
Парочка быстро уснула, облокотившись на каменного идола, полусидя-полулежа, в объятьях друг друга. Луна стояла над опушкой, освещая её пространство. Пальмы тихонечко покачивались от налетавшего на них бриза, выдавая приятный шелест листьев. И лишь одна пантера, положив красивую морду на здоровенную лапу, прикрыв глаза, дремала, издавая едва слышимый рык, была готова при любом шорохе распрямиться и кинуться на защиту спящих людей.
Один час сменял другой, луна покинула опушку, следуя по небосводу на смену другому светилу, и звёзды, ярко мигавшие в темноте, постепенно пропадали на светлеющем небе. Да и само небо сменяло оттенок чёрного бархата на светло–синий.
Так наступило долгожданное утро, и на небе появились первые лучи утреннего солнца. С этого и начался новый день.
Новые день, новые вопросы
Продрав глаза и приходя в себя, София мутным кареглазым взглядом обвела вокруг себя пространство. Она моментально протрезвела. Юноша, заснувший вчера с ней рядом, отсутствовал сейчас.
Схватившись за карабин, и ещё не прогнав до конца сон, София начала лихорадочно соображать, вскочив на ноги. Голова несколько секунд покружилась, да и зрение пыталось поймать фокус в ярком свете опушки.
– Куда он делся? – подумала она, оглядев сумку с боеприпасами и карабин Александра, лежащий рядом.
Вдруг за спиной в пальмовой роще послышался шорох, и, София, развернувшись и припав на одно колено, выставила нацеленный туда карабин.
– Ты всегда так встречаешь мужчину, который несет тебе кофе в постель? – непринуждённым тоном спросил юноша, улыбнувшись и вытягивая на руках большую гроздь кокосов.
Он был бодрый, отдохнувший и всем своим видом излучающий уверенность. Вслед за ним показалась пантера. При дневном свете она была ещё красивей, а её внешний вид внушал не только грацию, но и леденящий страх незнакомцу, оказавшемуся с ней один на один.
– Мы с Кэтти прогулялись, и я принес тебе попить. Считай, что кофе в постель, – промолвил Сокольский, подойдя к Софии и любуясь её видом, ещё не до конца проснувшимся, но излучающим уверенность. Эта девушка вызывала у него разносторонние чувства, и одним из них была странная зарождающаяся к ней симпатия. Немного помолчав, Сокольский добавил, – ты не ответила на вопрос.
