При всем при этом порядок все же существовал. «Министром финансов» была Софья Александровна, и в подтверждение своего права занимать эту должность она произнесла фразу, поразительную по наивной безапелляционности: «Ведь у мужчин денег не бывает, они им не нужны». Что «не бывает», так это, к сожалению, верно. Но что «не нужны»?! — извините. А как же самые неотложные наши потребности, начиная, простите, с пива, воблы, футбола, бани с парилкой и кончая, кхе-кхе, книгами, цветами, техническими выставками и «мало ли чем еще»? Я чуть было не сказал это вслух, но вовремя сдержал себя, посмотрев на Дудиных: они сидели за столом, пока мы разговаривали с Софьей Александровной, ни разу ей не возразили, а только добродушно посмеивались. Потом с гордостью объявили мне, что получки традиционно вручают матери, которая «лучше нас знает, что нам нужно»: кому джинсы, кому зимнюю шапку, а кому и новенький спиннинг. Что же касается карманных денег, то старший сын и Борис Васильевич получали от нее в месяц по десятке — по пять рублей с получки, а Саша и вовсе ничего не получал, так как в деньгах действительно не нуждался: утром и вечером его кормили дома, обедал он в ПТУ, а на дорогу имел проездной. И никто из мужчин не роптал, никто не козырял тем, что несет в дом зарплату, потому что, глядя на героические усилия матери, они не могли не понять: правильно распорядиться деньгами стоит больших трудов, чем их добыть.
А как же, спросит читатель, с «неотложными мужскими потребностями»? Как обходились они с футболом, цветами и выставками? Очень просто: «Ма, дашь полтинник на кино?» Или: «Соня, не выделишь троячок на пиво?» И когда деньги были, мать ни разу им не отказывала. При этом она всегда была в курсе дела: на что уходят рубли, чем занимаются дети и каковы заботы мужа. На то она и мать, чтобы семья была под контролем. Или читатель знает иной способ вырастить хороших сыновей?
Справедливости ради скажу, что Дудины все же имели «заначки» — испытанное средство в боях за мужскую независимость. Деньги откладывали либо из премиальных, либо скапливали в результате жесткого режима экономии. Спрашивается, зачем были нужны «заначки», если учесть умеренные и вполне легальные потребности каждого члена семьи? На сюрпризы, уважаемый читатель, — а вы на что думали? На подарки друг другу в праздники, в дни рождений и еще отдельно матери — Восьмого марта.
Но самым ценным подарком считалась у Дудиных самоделка — она не шла ни в какое сравнение, положим, с фужерами, которые считались в доме «мертвым капиталом», то есть и глаз не радовали, и были без надобности.
Я как-то поинтересовался, что будут спасать Дудины, случись у них в квартире, не дай бог, пожар. Они стали прикидывать: нет, не сервант со шкафом, не телевизор с холодильником, это — во вторую очередь. А в первую — резиновую лодку и удочки отца, фотографии, шахматы, книги, грамоты, — короче, они спасали бы вещи любимые, а не ценные, дорогие сердцу, а не стоимостью.
Норма. Не анекдот ли я вам рассказываю, читатель? Не байку ли из числа правдоподобно придуманных? Да где ж это видано, чтобы в какой-то простой рабочей семье, отнюдь не «базовой» для Академии педагогических или каких-нибудь иных наук и вовсе не образцово-показательной, — и вдруг такие идеальные порядки? И уважают они, видите ли, друг друга, и деньги держат открыто, и подарки друг другу дарят, и отца «батей» зовут, и мама у них в доме — первый человек!
А как у них, извините, с водочкой обстоит?
Плохо, скажу я вам, — в том смысле, что — нет, не пьют они водочку, как в иных семьях. Это, быть может, и есть причина их нынешней добропорядочности, хотя, с другой стороны, уже и ее следствие. Конечно, в субботу и в воскресенье, тем более — вернувшись с рыбалки, да под ушицу или под жареного карася, Борис Васильевич может принять стопочку-другую, и даже Василий с Софьей Александровной способны его поддержать. Но это и все. О Саше и разговаривать нечего. А чтобы кто лежал под забором, или провел ночь в вытрезвителе, или не своими ногами домой приплелся, или чтобы мать караулила Бориса Васильевича у проходной завода в день получки, такого отродясь не было и быть не может.
Займемся выводами.
Прежде всего нам должно быть ясно, что не только количество денег и не только сумма вещей составляют истинное счастье современной семьи, а то, как к этим вещам и деньгам семья относится. Василий и Александр с молоком матери впитали ту мысль, что ценен не сам по себе рубль, который ни посолить нельзя, ни к столу подать, ни даже обклеить им стены, а то ценно, на что он тратится: на доброе или недоброе дело, на нужную или бесполезную вещь, удовлетворяет ли он прихоть или создает условия для нормальной жизни, приносит ли удовольствие или больную с похмелья голову.