Затем он развернулся и быстро вышел из комнаты, прежде чем желание прикончить мерзавца голыми руками не взяло вверх.
Когда Геро вернулась домой из своей ранней экспедиции на Ковент-Гарден, то нашла Девлина в библиотеке, где он, сидя за столом, обтачивал новый кремень для маленького двуствольного пистолета.
— Этим утром на рынке случилось нечто странное, — сказала она, стягивая перчатки. — Там какой-то мужчина… — Девлин поднял взгляд, и при виде его лица она осеклась.
Небо затянули облака, и в комнате было сумрачно, но Девлину с его уникальным зрением не потребовалось зажигать свечу для дополнительного освещения. Однако полумрак не помешал Геро разглядеть напряженные ожесточившиеся черты мужа и хищный блеск его странных желтых глаз.
— В чем дело? — спросила она.
— Синклер Олифант в Лондоне.
Под необычно громкое тиканье каминных часов Геро вдруг заметила, с какой силой пальцы мужа сжимают точило. Он рассказывал ей о событиях той кровавой португальской весны. О предательстве Олифанта и о чудовищной бойне, которая за этим воспоследовала. Но Геро всегда подозревала, что Девлин рассказал ей не все, что он скрыл часть важнейших эпизодов рокового дня. И как раз то, о чем он умолчал, сильнее всего ранило его душу и толкнуло на путь самоуничтожения.
Она положила перчатки.
— Ты с ним виделся?
Он кивнул.
— С утра пораньше ко мне пришла Энн Престон. Думаю, ее главная цель состояла в том, чтобы попытаться убедить меня в невиновности капитана Уайета, но среди прочего она сообщила, что ее отец боялся Олифанта. Похоже, его действия в качестве губернатора Ямайки возмущали Престона, и я не удивлюсь, если тот прибег к помощи своего двоюродного брата, министра внутренних дел, чтобы Олифанта отозвали с поста.
— Полагаешь, Олифант в отместку мог отрезать Престону голову и выставить ее на Кровавом мосту?
— Самолично? Скорей всего, нет. Синклер Олифант всегда предпочитал, чтобы кто-то другой выполнял за него грязную работу.
Геро наблюдала, как муж вставил кремень в курок и принялся зажимать. Девлин свыкся с насилием и был готов к нему прибегнуть не только вынужденно, отвечая ударом на удар, но и в порядке упреждения. Впрочем, ей не верилось, что он просто возьмет и застрелит Олифанта, хотя прежде почти наверняка так бы и сделал.
Словно прочтя ее мысли, муж сказал:
— Я не собираюсь убивать его с бухты-барахты, чтобы попасть на виселицу. Ты ведь об этом беспокоишься? Но не удивлюсь, если сам он уже покушался на меня.
Ее глаза округлились.
— Думаешь, это он стоит за вчерашним стрелком? Но… до сегодняшнего утра ты ведь понятия не имел, что Олифант как-то связан с Престоном.
Закрыв пороховую полку, Девлин отвел курок на предохранительный взвод.
— Если вчерашнего стрелка прислал Олифант, то причиной был монастырь Санта-Ирия, а не Престон. Олифант наверняка понимал, что по возвращении в Лондон ему неизбежно придется иметь дело со мной. А его противники, как правило, в живых не задерживаются.
— Тогда ты должен поскорее его убить, — рассудительно сказала Геро. — Как только будешь уверен, что не попадешь за это на виселицу, разумеется.
Его глаза весело сверкнули — очевидно, Девлин принял ее слова за шутку. Вот только Геро нисколько не шутила. Она любила его, любила яростно, и от страха его потерять у нее перехватывало дыхание и стыло сердце.
Восхищаясь моральным кодексом Девлина, она разделяла его принципы лишь отчасти. Во многих отношениях Геро все еще оставалась дочерью своего отца.
Сунув пистолет в карман, Девлин поднялся на ноги.
— Если за убийство Стэнли Престона ответственен Олифант, я добьюсь, чтобы его повесили.
— А если он ни при чем?
Девлин снова улыбнулся, на этот раз со смертью в глазах.
— В таком случае я сам его прикончу, когда он придет, чтобы покончить со мной.
Получасом позже Себастьян вышел из дома к ожидающему корриклю, но тут из-за угла выкатилась элегантная коляска-баруш с гербом Джарвиса и остановилась у края тротуара.
Шторка в оконце скользнула вбок.
— Давайте вместе объедем вокруг квартала, — сказал Джарвис; один из его ливрейных лакеев бросился открывать дверцу экипажа.
Себастьян задержался у подножия лестницы.
— Зачем?
— Вы всерьез намерены обсуждать дела на улице?
Себастьян обменялся взглядами с Томом, который держал гнедых под уздцы. Затем заскочил в карету Джарвиса и сел на переднюю скамью.
— То, что вы сейчас услышите, строго конфиденциально, — предупредил Джарвис, когда коляска рывком двинулась вперед.
Себастьян вгляделся в полное, любезное лицо тестя.
— Вы отправляли одного из ваших подручных в Виндзорский замок, не так ли?
Глаза Джарвиса сверкнули злобой, которую он не потрудился скрыть.
— Так уж случилось, я отправился туда сам.
— И что?
— Гроб Карла I был вскрыт. Часть свинцового обода с надписью отсутствует, как и голова короля.
— Голова? — глубоко заинтересованный Себастьян уставился на Джарвиса. — А больше из склепа ничего не забрали?
— Пока не ясно, хотя я дал указание декану и его причетнику провести тщательное расследование.
— Вы открывали гроб Карла, когда впервые осматривали захоронение от лица принца-регента?
