«В виде желтоглазой твари с фиолетовой кожей, мой детский страх достиг своей цели — я умер, а он растворился в воздухе. Мое истерзанное тело, осталось одиноко лежать посреди темного пространства. В очередной раз, Жизнь решила напомнить: что во мне нет ничего особенного; что даже тяжкий труд и усердие, не помогу достигнуть заданных целей; что моя смерть, никак не повлияет на сюжет. Но у Энни, всё еще есть шанс на счастливый конец. Да, конечно, чтобы дотянутся до счастья, ей придётся отнять жизнь у ученого по имени Плант Эвирхар. Ученого, который, как и Энни, отчаянно пытается спасти любимого человека. Уверен, всё было бы совсем иначе, не останься у Сердца Науки энергии всего на одно воскрешение, но судьба распорядилась иначе. Ставлю на то, что у Планта нет и шанса против девушки, которая два года прожила в столь опасном месте как Гринтрейс. Только подумать, целых два года. Я в первый день, чуть не был съеден монстром, а уже к вечеру лежал в луже крови с отрезанной рукой. Чудом пережил лечение Лешего. Снова чуть не был убит монстром. Меня едва не обратили в вампира, а затем, на три дня заперли в клетке с голодными крысами. Да что там говорить, каждый день был словно последним. Только благодаря демонической руке и Энни, я продержался целую неделю. Хотел бы я увидеть, теплое воссоединение сестер. Сама мысль об этом греет мою душу на смертном одре. Да так все и будет… Вместе они покинут Эврику, найдут Северных Волков, и пройдя через таинственный разлом, окажутся в мире людей, где монстры и магия всего лишь вымысел. Если всё сложится именно так, то я не зря прошел через весь этот страх и боль, ведь жизни двух не в чем не повинных девушек были спасены», так я думал, встречая свою смерть.
Кстати о смерти, умирать было не так страшно, как казалось. Просто появляется усталость и непреодолимое желание прикрыть глаза, и даже если постараться оставить их открытыми, мир вокруг угасает. Звучит поэтично, но все же смерти стоит опасаться, точнее той боли, от увечий, которые предшествуют ей. Мало того, рассказы о проносящейся перед глазами жизнью, оказались для меня ложью. Скорее всего это связано с тем, что мне и вспомнить было нечего, кроме той недели что я провел тут. Ах, Энни, повстречать тебя, стоило того чтобы умереть.
«Бульк», раздалось где-то в пространстве. «Бульк», вот снова. Знакомый звук, словно воздух пытается вырваться из-под толщи воды. Вместе со звуками пришло ощущение невесомости, и некой прохлады. Заметил, что для обычного вдоха, нужно сильно напрячь легкие. Неужели я дышу, как это вообще возможно? С трудом открыл глаза. Меня ослепил белый направленный свет. Пришлось прищурится и отвести взгляд. Все объекты вокруг размытые и бирюзовые. Один из них шевелится, и отдаленно напоминает человека. Фигура постучала по стеклу, до моих ушей дошел глухой звук. Внезапно фигура исчезла из поля моего зрения, и вернулась через несколько минут с неким длинным объектом в руках. Хорошо замахнувшись, она одним ударом разбила отделяющее меня от внешнего мира стекло. Я ощутил толчок и вместе с жидкостью вылетел наружу. Падение было неприятным, пол ребристый металлический, здесь намного холоднее. Как только оказался снаружи, сильно закашлялся, воздух заполнил мои легкие. Снова открываю глаза, на это раз изображение более четкое, но по-прежнему слепит, этот направленный свет. Хотел прикрыться от него рукой, но рука оказалась слишком тяжёлой. «Сергей, ты меня слышишь?», прозвучал знакомый голос. Ранее незнакомая мне фигура оказалась Энни. Девушка перевернула меня на спину, и принялась разглядывать мое лицо. Ответить не удалось, связки еле напряглись и издали короткий хриплый звук.
Повернул голову чтобы осмотреться. Мы находимся возле клонирующего устройства, одна из колб разбита, из неё вытекает бирюзовая жидкость. В соседней по-прежнему находится безжизненное тело жены Планта. «Что все это значит?», думал я, пока в голову не нахлынули воспоминания последних десяти минут моей жизни. Вспомнил и ужаснулся. Желтоглазый вырвал и съел мое сердце. В панике хватаюсь за грудь. Убедившись в её целостности, я вопросительно посмотрел на Энни. «Как ты себя чувствуешь? Сердце болит?», спросила она, протирая мое лицо салфеткой. Я ничего ей не ответил, даже пытаться не стал, да и не до этого мне было. На меня пристальным взглядом смотрел лежащий неподалеку мертвец. На его лице застыла ужасная гримаса. Смерть Планта не была для меня чем-то удивительным, но то как он умер меня ужаснуло. На шее мужчины хорошо просматривались синяки в виде пары рук.
