— Чудом тут и не пахнет, — зло ответила Энни, и оттолкнув меня пошла по улице.
Дороги Эврики выложены побитой брусчаткой. Это место чем-то напоминает старинный Лондон. В какой узкий переулок не загляни, там полно бездомных, среди которых закутались в тряпки сбежавшие эксперименты, и некоторые нереализованные ученые. На центральных улицах кучами лежат тела подопытных, среди них есть даже дети. Ученые проходят мимо этих куч, даже не оглядываясь, а некоторые из них подкидывают свежие трупы. Из окон домов нередко слышны крики и мольбы о помощи. Даже знать не хочу, что за эксперименты здесь проводят. Если бы не переживал за сохранность Энни, прямо сейчас бы перерезал всех этих свихнувшихся уродов.
Энни толкнула меня в плече. Её внимание привлекла запряженная механическими лошадьми телега. За ней тянулась заполненная измученными девушками клетка. Большинство из них выглядели так, словно они уже мертвы. Измазанные, худощавые, взгляды пустые, безжизненные, вместо противогазов марлевые повязки. И только одна из них, еще не сдалась. Стоя на ногах, девочка звала на помощь прохожих. Её поведение привлекло внимание кучера, на котором был одет противогаз с множеством стекол, как у паука. Толи просто от злости, а может от нежелания привлекать к себе внимание, владелец повозки наградил девочку ударом электрического кнута. Девочка с криком упала на остальных. Поймав на себе наши взгляды, она потянулась рукой через решетку. Сердце кровью обливается от такой картины. Пытаюсь думать, что она нереальна, просто плод чьего-то воображения. Нельзя вмешиваться, и подвергать опасности нашу основную цель. В моей душе появились противоречивые чувства, мне очень хотелось ей помочь, но я не мог себе этого позволить.
Кнут кучера снова засвистел в воздухе, выдержав электрический разряд, его поймала Энни. У девушки глаза стали алыми от злости, сейчас она готова выдержать любую боль, ради справедливости. Девочка, которую ударил кучер, так сильно напомнила Энни мертвую сестру, что она откинула в сторону всё свои принципы на пути к выживанию.
«Ты еще кто такая?!», кричал возмущенный кучер. «Ах, чей-то глупый эксперимент! Не смей вставать у меня на пути!», продолжал кричать он, повышая мощность тока. Энни даже в лице не изменилась. Рывком она выхватила кнут из него рук. Прыгнула к нему, и со всей силы ударила коленом по лицу. Стекла так и захрустели. Кучер мешком свалился с повозки, а Энни погнала лошадей в сторону стен. «Схватить её!», закричал кучер. На его зов с крыши дома спрыгнула горилла с бензиновым двигателем. За считанные секунды зверь нагнал карету, и схватил Энни своей огромной лапой. «Нарушение протокола безопасности. Средняя угроза», произнесла горилла, сильнее сжимая девушку в лапе. Несмотря на алые глаза, Энни с трудом сопротивлялась стальным мышцам зверя.
— Отпустите её! Она ценный образец! — кричал я горилле, но та меня не слушала.
— Да какой там образец?! — возмутился кучер, надевая новую маску. В этот момент, я увидел, что он даже не человек. Большое насекомое похожее на паука. — Ей самое место в канаве! Я бы с радостью посмотрел, как её утилизируют, но у меня нет времени. Образцы скоро погибнут, — причитал он, залезая на повозку. Поводья хлопнули, и он умчался вглубь города.
Как только кучер скрылся, глаза гориллы загорелись синими индикаторами. — Успокойте свой образец, или мне придется исполнить приказ профессора Арвер Граттана, — обратился ко мне механический зверь. — А мне бы не хотелось прерывать ваши исследования. Магию нужно изучить, для Эврики это очень важный проект.
— Сергей! — кричала Энни, почти разжав руку зверя. — Чего ты стоишь, уничтожь гориллу и помоги мне спасти девушек!
— Уровень угрозы возрос со среднего до высокого! Протокол уничтожения запущен! — прозвучал голос гориллы. Она выпустила из выхлопных труб языки пламени, и сжала девушку обеими руками. Еще секунда, и Энни обратиться фаршем.
— Энни, сделай, как он говорит. Успокойся, прошу! Доверься мне, так надо! — пытался достучаться я до девушки, еле сдерживаясь, чтобы не разворотить эту железяку. Но она меня не слушала. Энни яростно продолжала бороться, желая спасти ту девочку. Вскрикнув от ярости, она смогла на мгновение отодвинуть от себя лапы металлического зверя. «Забудь о них, только так мы сможем вернуть Крис!», крикнул я, надеясь, что, хотя бы эти слова её успокоят. Услышав имя сестры, Энни перестала сопротивляться. Её глаза вновь позеленели, она просто сдалась. Лапы гориллы сомкнулись, но не раздавили её. Индикаторы металлического зверя вновь стали синими. «Давление в норме. Психологическое состояние подавленное. Угроза минимальная», проговорил он, опуская девушку на землю. «Жду от вас скорых результатов». Горилла ушла, а мы остались с Энни наедине. Девушка была действительно подавлена, тем, что ничего не смогла сделать. Она уселась на грязный бордюр и спросила меня, «Что на самом деле мы тут делаем?», её вопрос сопровождал сильный кашель.
— Пока я не могу сказать тебе этого, — ответил я, уже заранее представляя её реакцию.
