Они шли медленно, со скоростью не более двух километров в час, след в след. С каждым километром скорость движения замедлялась, рюкзаки казались все тяжелее, а ветер пронизывал все сильнее. Но на Азате ботинки «Экко»[3], нательное термобелье и куртка из «Гортекса»[4], а на «вьючных животных» – плевать, не сдохнут.
После двух часов хода Азат дал команду остановиться. Отойдя в сторону, он разложил карту, достал GPS-навигатор и привязался к местности. До «точки» оставалось километра три, но к самому центру добираться не обязательно, достаточно пройти еще два километра, и все будет нормально…
Его спутники справили малую нужду и, вытянув ноги, уселись на снег тут же, рядом с желтыми потеками.
«Точно животные!» – брезгливо подумал Дауд.
– Далеко еще? – тяжело дыша, спросил Недовольный. Солнцезащитные очки он снял.
«Четыре!»
– И, в натуре, чего мы ищем? – встрял Хмурый. Он тоже поднял очки на лоб.
«Пять!»
– И чего ты навигатором вымеряешь? – Это опять Недовольный.
«Шесть!»
– Наденьте очки!
– Так солнце сзади…
– А про снежную слепоту слышал? – раздраженно бросил Азат.
Помощники нехотя подчинились.
– Так чего ты навигатором ищешь? Значит, есть самолет с золотом?
«Семь!»
Даже если бы их судьба не была предопределена заранее, они перебрали предельный лимит вопросов и сами распорядились своими жизнями. Потому что Дауд никогда не изменял установленные правила.
– Какой самолет? Какое золото? Будьте серьезней!
Азат взял себя в руки и теперь говорил совершенно спокойно:
– Мы должны установить геодезический знак в определенной точке. Вот потому я и привязываюсь к карте… Пошли дальше, скоро вертолет придет. А то стемнеет, придется ночевать…
– Что ж эти козлы нас так далеко выбросили? – спросил Хмурый.
– Ближе не получалось…
– А теперь получится? Как же они нас забирать будут?
Азат уже перестал считать вопросы – их количество ничего не меняло. Он был терпелив и заботлив, как опытный педагог с любимыми учениками.
– Дело в метеопрогнозе, – мягко объяснил он. – Днем дул ветер, к вечеру ветер стихнет. К десяти будем дома. У вас есть приличное место, где можно хорошо отдохнуть?
Недовольный вздохнул.
– Да место-то есть…
– Ну, и отлично! Тогда вперед! Только смотрите под ноги – на темные полосы и пятна не наступать…
– Почему?
– Потому, что это трещины! – рявкнул Азат. – И пернуть не успеешь, как провалишься на сто метров! А может, и на двести!
Он действительно был озабочен. Закрытые трещины – не всегда темные. Поэтому по ледникам надо ходить ночью или рано утром – после обеда снег становится мягким и снежные мостики над трещинами не держат нагрузки – проваливаются под любым весом. Опытные люди всегда ходят по утрам: ночью – свой риск…
Троица снова двинулась вперед. Прошли с километр, потом начались крутые зигзагообразные тропы, связку пришлось разбить, теперь шли по одному, протискиваясь сквозь расщелины, обходя валуны, иногда падая на четвереньки и с трудом распрямляясь под тяжестью рюкзаков.
Спустя два часа вышли на подходящую площадку в седловине между двух вершин. Вокруг лежали льды и спрессованный снег, посередине ветер своей жесткой метлой расчистил до скальной поверхности пятачок десять на пять метров. Азат еще раз сверился с навигатором и сделал карандашную отметку на карте. Они находились в семистах метрах от «точки». Отлично!
– Найдите трещины или какие-нибудь выбоины – надо установить знак! – скомандовал он.
«Животные», которые считали себя компаньонами, начали рыскать по площадке, всматриваясь под ноги. Они напоминали бестолковых собак, безуспешно пытающихся взять след. Губы Азата кривились в презрительной усмешке.
В конце концов, подходящее место нашли: несколько пересекающихся трещин образовали в граните треугольник, в одном углу образовалась узкая дыра, уходящая почти вертикально вниз. Она напоминала нору, но на такой высоте не водятся мелкие животные…
– Расширяйте здесь и здесь! – указал рукой Азат.
Его спутники распаковали рюкзаки, на свет появились кувалда и подобие большого зубила из легированной стали. Звуки ударов разнеслись далеко по окрестностям. В расширенные щели Азат заложил толовые шашки, поджег шнуры. Все трое отбежали и спрятались за валуны. Три взрыва слились в один. Вверх полетели куски горной породы, клубами поднялся черный дым. Грохот взметнулся вверх и спугнул огромного снежного барса, наблюдавшего со скалы за опасными пришельцами. Поджав хвост, он метнулся назад, растворившись среди наледей и сугробов.
Азат развернул свой сверток. Вместо ожидаемой винтовки там оказались легкие трубы из титана. Через несколько минут он собрал их воедино. Получилось нечто, действительно похожее на геодезический знак: двухметровая труба с треногой в основании. Каждую из трех «ног» вставили в пробитую дыру, обложили осколками камней, засыпали серым порошком из рюкзака Недовольного.
– Гля, я думаю – что за тяжесть я на горбу тащу! – выразил недовольство тот, оправдывая свое прозвище. – Чё это за гадость?
