Она привела его в кабинет, целиком отделанный резным дубом, по размерам не уступавший кухне, которая была самым большим помещением в доме Ладлоу. Причем потолки здесь были фута на четыре выше.
Сидевший за столом из орехового дерева мужчина лет пятидесяти был широкоплечим и мускулистым; в его волосах — темных, а не светлых, как у мальчика, — едва наметилась седина. На нем были белая рубашка с расстегнутым воротничком и мешковатые бежевые брюки с крепившимися к пуговицам подтяжками в красно-синюю полоску. Он кого-то напомнил Ладлоу, но старик не смог вспомнить, кого именно. Рукопожатие мужчины было твердым, улыбка — добродушной, и Ладлоу сразу же почувствовал к нему недоверие.
— Вы Эв Ладлоу? Рад знакомству. Присаживайтесь.
Ладлоу опустился в кресло перед столом.
— Мы знакомы, мистер Маккормак? Я сказал горничной, что мое имя Эвери.
Маккормак рассмеялся.
— Лично нет, но мне знаком ваш магазин. «Универсам Ладлоу». Я не раз там бывал.
Это по-прежнему не объясняло использование сокращенного имени, но Ладлоу не стал развивать тему.
— Я пришел насчет вашего мальчика, мистер Маккормак.
— Зовите меня Майкл. Которого мальчика, Эв?
— Дэниела.
— Дэниела. Что насчет него?
— Дэниелу принадлежит дробовик «Браунинг ауто-пять». Вчера он застрелил из него мою собаку.
— Он что?
— Я рыбачил на Миллерс-бенд. Он пришел с еще двумя мальчиками. Они хотели от меня денег. Я сказал, что в бардачке моего пикапа лежит долларов двадцать. Этого оказалось мало. И поэтому ваш мальчик застрелил моего пса.
Казалось, мужчина потрясен.
— Дэнни бы этого не сделал.
Ладлоу не знал, верить этому потрясенному виду или нет. Он решил дать мужчине шанс. Один.
— Боюсь, что сделал, мистер Маккормак. Мне очень жаль. Но иногда мужчины ошибаются в своих сыновьях. Стрелял именно Дэниел. Другие мальчики просто стояли и смотрели, а потом, когда все закончилось, смеялись.
—
— Да. Судя по всему, им показалось, что застрелить собаку — это весьма забавно.
Мгновение Маккормак смотрел на него с раскрытым ртом, потом откинулся на спинку кресла.
— Так что вы пытаетесь мне сказать? Что собака набросилась на него?
— Собака сидела, там, где я велел ей сидеть. Она была послушной.
Маккормак покачал головой.
— Мне очень жаль. Это совсем не похоже на моего мальчика.
— Как я сказал, иногда мужчины ошибаются в сыновьях. У Дэниела есть футболка с надписью «УКРАДЕНО ИЗ БОРДЕЛЯ МЕЙБЛ»?
— Я не знаю.
— Может, проверите?
Казалось, мужчина задумался. Его глаза сузились.
— Чего вы хотите, мистер Ладлоу? Денег?
Теперь он уже не Эв, заметил старик. Теперь он мистер Ладлоу.
— Нет, сэр. Я хочу справедливости, какая только возможна. Хочу убедиться, что мальчик признается в содеянном и что ему придется пожалеть о том, что он сделал, о том, что он вообще встретил моего пса и меня. Хочу убедиться, что он понесет за это наказание, какое сочтет уместным любой приличный человек. И тут на сцену выходите вы, мистер Маккормак. Он ваш сын.
— Наказание? Вы что, имеете в виду тюрьму?
— Я бы начал с хорошей порки. Однако на вашем месте я бы сдал его полиции. Прежде чем он решит, будто может поступить так снова, когда пожелает.
— Вы сами еще не обращались в полицию?
— Еще нет. Я надеялся, что вы с Дэниелом сделаете это за меня. Это пойдет ему на пользу. Вы так не считаете?
Маккормак обдумал его слова, затем подался вперед.
— Откуда мне знать, что вы говорите правду, Ладлоу? У вас есть доказательства?
— У меня есть стреляная гильза, которую в офисе шерифа наверняка смогут соотнести с браунингом, если потребуется. Но почему бы просто не спросить мальчика? Он знает, что я здесь?
— Вряд ли. Я так не думаю.
— Позовите его. Давайте с ним поговорим.
— Двое других, как они выглядели?
— Один примерно возраста вашего сына, с избыточным весом. В джинсах и красной футболке. С пачкой сигарет в кармане футболки. Второй помладше, худой. Немного разбирается в рыбалке.
Маккормак посмотрел на Ладлоу, потом опустил глаза на свой стол и мгновение хмуро созерцал промокашку, сложив руки перед собой. Затем снял трубку телефона и нажал кнопку.
— Карла, где Дэнни?
Он вновь посмотрел на Ладлоу и постучал по столу указательным пальцем.
— Ладно, скажи ему прийти в кабинет. И Гарольду тоже, если он в своей комнате. Скажи им, пусть приходят немедленно.
Ладлоу отметил имя Гарольд. Похоже, ему удастся убить двух зайцев одним камнем.
Хорошо. Это упрощает дело.
Маккормак положил трубку. Ладлоу ощущал тишину в комнате, ощущал удобное кресло, в котором сидел, и сильный лимонный запах мебельной политуры.
— Вы когда-нибудь думали продать магазин, Ладлоу? — спросил Маккормак.
— Прошу прощения?
— Ваш магазин. Когда-нибудь думали его продать?
— Нет. Не скажу, чтобы думал об этом.
— Сколько там земли, акр? Чуть больше?
— Верно. Чуть больше.
— И ваш чистый годовой доход составляет тысяч двадцать, так? Если позволите спросить.
— Позволю. Около двадцати, так и есть.
— Но место у вас отличное. Не только для универсама, для чего угодно. Если задумаетесь о продаже, мы с коллегами можем заинтересоваться. Вы получите неплохую сумму.
— Я буду иметь это в виду.
