Кейти вручает ей мобильный. Мелисса подходит к столу и нажимает пару клавиш на клавиатуре. На экране возникает уже знакомая картинка с камер наблюдения: вход на станцию «Кристал Пэлас». Слева от входа в метро — парковка такси, рядом — граффити на стене, оно было там все время, что мы живем здесь. На экране какая-то женщина торопливо идет к станции.
— Отклонишься от маршрута — и я пойму. Не надо быть гением, чтобы догадаться, что случится тогда с твоей матерью.
Кейти прикусывает губу.
— Ты не обязана этого делать, — мягко говорю я.
Она приглаживает волосы.
— Ничего. Я не допущу, чтобы со мной что-то случилось, мам. Или с тобой.
В ее глазах — мрачная решимость, но я слишком хорошо знаю свою дочь и понимаю, что она только пытается казаться уверенной. Играет роль. Вот только это не пьеса. И не игра, как бы Мелисса это ни называла. Что бы ни произошло, кто-то пострадает.
— Пора идти, — говорит Мелисса.
Я крепко обнимаю Кейти, прижимаю к себе.
— Будь осторожна. — Наверное, я тысячи раз произносила эту фразу с тех пор, как стала матерью, и всякий раз имела в виду что-то другое.
«Будь осторожна». — Кейти едва исполнилось десять месяцев, и она ползала по комнате, натыкаясь на мебель. Тогда я имела в виду: «
«Будь осторожна». — Кейти научилась ездить на велосипеде. Тогда я имела в виду: «
«Будь осторожна». — У Кейти появился первый в жизни парень, их отношения показались мне достаточно серьезными. Тогда я имела в виду: «
«Будь осторожна», — говорю я сейчас. «
— Буду. Я люблю тебя, мам.
«Притворись, что это обычный день, — говорю я себе, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза. — Притворись, что она просто едет на работу, а потом вернется домой и мы включим телевизор, посмотрим серию «Отчаянных домохозяек», полакомимся пиццей. Притворись, что сейчас ты видишь ее не в последний раз». Я уже рыдаю, как и Кейти: ее бравады оказалось недостаточно, она не выстояла под напором чувств. Я хочу попросить ее присмотреть за Джастином, когда меня не станет, убедиться, что Мэтт поддерживает сына, не позволяет ему слететь с катушек. Но если я скажу что-то подобное, то признáю: меня уже не будет, когда Кейти вернется.
— Я тоже тебя люблю.
Я обращаю внимание на все в моей дочери: запах ее волос, блеск для губ в уголке рта. Я пытаюсь запечатлеть ее образ в памяти, и тогда, что бы ни случилось в течение следующего часа, я буду уверена, что смогу в мельчайших подробностях вспомнить ее лицо перед смертью.
Моя малышка.
— Довольно.
Мелисса открывает дверь кухни, и Кейти идет по узкому коридору к выходу из дома.
На мгновение я думаю, что это мой шанс. Можно броситься за Кейти, когда откроется входная дверь, вырваться наружу и сбежать, мчаться до тех пор, пока мы не окажемся в безопасности. Но хотя нож сейчас у Мелиссы за поясом, она сжимает его рукоять с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Мелисса успеет им воспользоваться.
«Ножи…»
Нужно было подумать об этом раньше. В подставке на столе есть еще нож для разделки мяса и три ножа для овощей. Я слышу, как ключ поворачивается в замке, дверь захлопывается, и представляю себе, как Кейти идет к станции метро. Идет навстречу угрозе. «Беги, — мысленно умоляю я. — Беги в другую сторону. Найди телефон-автомат. Позвони в полицию».
Но я знаю, что Кейти так не поступит. Она считает, что Мелисса убьет меня, если не увидит ее на камерах наблюдения через восемь минут.
И я знаю, что Мелисса все равно убьет меня, даже если Кейти победит в этой игре.
Когда Мелисса возвращается в кухню, я уже на полпути к столику. В руках у нее моток скотча.
— Куда это ты собралась? Садись. — Мелисса придвигает мой стул к компьютеру, указывая на него острием ножа. Я повинуюсь. — Руки за спину.
Приходится выполнять ее указания. Я слышу треск скотча, и Мелисса связывает мне руки, а затем приматывает их к деревянной спинке стула, чтобы я не могла пошевельнуться. Оторвав еще скотча, она привязывает мои лодыжки к ножкам стула.
Я смотрю на часы в правом углу экрана.
Еще шесть минут.
Меня несколько утешает мысль, что Кейти будет ехать в метро в час пик и пока еще светло. На ее пути нет темных переулков, где могут устроить засаду, и если моя малышка будет действовать с умом, то с ней все будет в порядке. Женщины, ставшие жертвами преступников, — Таня Бекетт, Лора Кин, Кэтрин Таннинг — не знали, что на них охотятся. Кейти это знает. У Кейти есть преимущество.
— Готова к представлению? — осведомляется Мелисса.
— Я не стану смотреть.
