— Дело в том, что я Крачка. Это мы с моим благоверным дарим друг другу по очереди рыбку — у меня и песенка есть про это, хотите спою? — и, опять-таки не дожидаясь ответа, запела приятным голоском, а все с удовольствием слушали:
— Насколько я смыслю в благородной латыни, — сказал Гепард, — «эт сетера» в переводе значит «и так далее».
— Образованная! — с удовлетворением промолвила Сова (она всегда гордилась, когда представители ее птичьего племени проявляли себя в чем-то, достойном уважения).
Удильщик заинтересовался, почему, познакомившись с записью в его блокноте, касающейся Крачки, она удивилась, что всё в ней правильно. Крачка засмеялась:
— Вы, пожалуйста, не обижайтесь, но репортеры частенько выдают такую ахинею… Всё перепутают! Не так давно один в своем блокноте, — кстати, точно таком же, — настрочил до того, с позволения сказать, «разборчиво», что сам потом не в состоянии был прочесть. В результате рыбка у него превратилась в рубин — в его заметке так и говорилось: мол, муж подарил мне большой рубин!
Этот анекдотичный случай очень развеселил коапповцев и участников обсуждения, причем Крачка хохотала вместе со всеми, а в заключение сказала:
— Главное, если бы такое понаписали о пингвинах Адели, это еще в какой-то мере было бы похоже на правду: супруг пингвиночки Адели действительно дарит своей суженой камешек. Не рубин, конечно, а обыкновенную гальку, но для нее этот камешек драгоценнее всех рубинов, изумрудов и алмазов на свете: ведь дорого внимание! — с этими словами она опять вернулась на прежнее место, на берег озера…
Удильщик же продолжил знакомить собравшихся с черновыми набросками из своего блокнота и первым делом упомянул об Атласном Беседочнике из Австралии, герое нашумевшей истории. Вот он и в самом деле преподнес своей жене драгоценные камни, и не какие-нибудь, а настоящие бриллианты! Но оказалось, что он их, мягко говоря, позаимствовал у людей. Естественно, был громкий скандал. Кашалот заметил по этому поводу, что следует специально предостеречь мужчин, склонных к подобным широким жестам за чужой счет. Но, с другой стороны, он слышал, будто Атласный Беседочник даже после свадьбы продолжает ежедневно дарить жене цветы… Если данный факт имеет место, то это весьма похвально и достойно подражания.
Удильщик подтвердил, что это именно так, и добавил, что, согласно записи в его блокноте, родственник Атласного Беседочника, Шалашник из Новой Гвинеи, каждый божий день украшает место свиданий с подругой свежими дикими розами (услышав это, склонная к экзальтации Стрекоза восторженно пропела: «В ночных девичьих грезах мечтала я о розах!»).
Наибольший интерес вызвала прочитанная Удильщиком заметка, озаглавленная: «Что нужно знать жениху о свадебных обрядах».
«В последние несколько десятков миллионов лет, —
говорилось в ней, —
у некоторых пауков — например, у паука Пизаура Мирабилис, — стало хорошей традицией подносить своей избраннице муху. Этот милый сердцу и желудку любой паучихи подарок, помимо его эстетической роли, является также некоторой гарантией того, что жених не будет ею съеден».
Все были наслышаны о каннибальских замашках многих паучих, некоторые из коих, — скажем, Каракуртиха, — съедают за сезон до двенадцати женихов, и способ, придуманный пауком Пизаура Мирабилис и позволяющий ему избежать этой участи, немало всех позабавил…
— Скажите, дорогой Удильщик, — обратился к нему Гепард, когда тот закончил чтение своих набросков, — а в вашем блокноте ничего не сказано о цаплях? Говорят, у них есть обычай преподносить невесте палку… Любопытно, на что жених намекает? Уж не палочную ли семейную дисциплину?
— Это мы выясним в рабочем порядке, Гепард, — сказал Кашалот и объявил, что переходит к рассмотрению чуткости. Здесь он привел ряд прописных истин: что чуткий сын или муж никогда не позволит своей матери или жене таскать тяжести, что если он сидит, то обязан при ее появлении встать и уступить ей место…
На последнее правило Сова решила пролить дополнительный свет.
